Книга Раб Петров, страница 160 – Ксения Шелкова

Она ждала, пока он покрывал поцелуями её шею, жадно вдыхал запах, исходящий от её кожи и волос, – потом мягко выскользнула из объятий.

– А сейчас мне всё-таки пора. Нет-нет, надо идти, матушка может заметить, что меня нет дома.

– А если она уже заметила? – рассеянно пробормотал мужчина: он словно находился в каком-то чаду.

– Она, кажется, ещё с ночи из гостей не вернулась… Благодарю вас, друг мой. Весь этот день я буду молиться за ваш успех.

Анзельма приоткрыла дверь и, убедившись, что в коридоре никого, надвинула шляпку на лицо, прошмыгнула к выходу. В это время года светать начинало только уже поздним утром, сейчас же на улице стояла чернильная тьма. Ветер посвистывал, принося с моря промозглую сырость.

Уже оказавшись в карете, Анзельма прижала прохладные ладони к горящим щекам. Ей отчего-то не верилось, что всё решится сегодня.

* * *

Ледяной северо-западный ветер надсадно завывал в ушах, колол лицо и руки сонмами морозных игл. Невская вода вздыбливалась небольшими тёмно-серыми волнами, что катились и катились, без устали омывая берег. Казалось, дурной погоде не будет конца.

Пётр Алексеевич стоял очень близко к воде: Нева то и дело выбрасывала снопы ледяных брызг ему на камзол. Ещё прошлой весной на этом берегу по приказу государя оградили от людских посягательств дубовую рощу – всё дерево предназначалось для кораблей и городских построек. Вырубать дубы на собственные нужды кому бы то ни было строго-настрого запрещалось.

Откинув голову и прищурившись, Пётр окинул взглядом небольшой лесок. Прямо с раннего утра ему донесли, что на Адмиралтейской стороне, несмотря на царский запрет, оказывается, вырубили изрядно деревьев. Кто и зачем отдал сей приказ, было пока неведомо. Государь вынужден был прямо из доков, где он следил за постройкой нового фрегата, отправиться в рощу. Александру Даниловичу Меншикову, и Андрею велено было ехать вместе с ним.

Пётр Алексеевич перевёл хмурый взгляд на губернатора:

– Воров, что лес рубили вопреки запрещению, вели сюда привести! Всех, кого нашли!

Меншиков кивнул начальнику караула. Виновных оказалось семеро: несколько мещан, что нуждались в строевом лесе, и даже один офицер – невысокий пожилой капитан в форме драгунского полка. Губы государя гневно дрогнули, когда он встретился взглядом с этим человеком.

– Обыск в домах произвели? – спросил он. – Точно ли эти рубили?

– Они, Пётр Лексеич, – Меншиков кивнул на сбившихся кучкой мещан. – На свои нужды. На сани да телеги, да обручи к бочкам и чанам. Известно: всем лес необходим. А этот вот… – губернатор показал на офицера, приблизился к государю и что-то прошептал ему на ухо.

– Что?! – с медленной яростью переспросил царь. – Будучи в войсках моих, посмел?..

Андрей поёжился от пронизывающего ветра. Ему хотелось поскорее вернуться в доки и приняться за привычную работу – она лучше всего успокаивала и возвращала прежнюю твёрдость духа. Однако видно было, что государь был отнюдь не намерен спускать ворам с рук, а, значит, на берегу придётся задержаться.

– Повеситьприкажу! – процедил Пётр Алексеевич, останавливаясь пылающим взглядом на пожилом офицере. – Да с этих-то какой спрос, что они понимают, а ты?! И как в мундир влезать не совестно было?..

Капитан, седой человек, с простыми мягкими чертами лица и тёмно-серыми глазами царского гнева, однако, не заробел. Он стоял неподвижно, спокойно – тогда как мещане, не помня себя от страха, сбились в кучку будто перепуганные овцы.