Онлайн книга «Раб Петров»
|
– Не твоё дело, что я говорила! Никто не должен ничего о нас знать! А ты выдала себя, безмозглая курица! Послышались всхлипывания, прерванные грубым окриком: – А ну, прекрати этот вой! Он выпил весь бокал до дна? – Д-да… Да, мадам, я сделала всё, как вы велели. – Значит, спит он крепко. Сейчас же иди, сними с его пальца проклятый перстень и принеси сюда. Ступай! – Нет… Нет, я не могу! – Что ты сказала?! – Я не могу, мадам, я боюсь! Этот перстень и правда волшебный, как вы говорили… Я не стану к нему прикасаться! – Неужели? Ты, видно, забыла, кому обязана тем, что живёшь как знатная дама вместо того, чтобы трястись в холодной повозке и согревать постель очередного пресыщенного сластолюбца? Хорошо, я всё сделаю сама. А ты надевай свои старые тряпки и ступай, куда знаешь, хоть сейчас! Только боюсь, уйдёшь недалеко – после того, как твой ненаглядный пан Анджей выдаст тебя своему царю! – Но, мадам… Вы же обещали, что я уеду сегодня, с вами! Вы обещали мне… – Прекрати рыдать! Я хочу, чтобы ты выполнила мой приказ – тогда и я сдержу слово. А если нет – пеняй на себя! Оставайся в этой варварской стране, никому не нужная! – Нет… Прошу вас! – Тогда иди и принеси мне перстень. Пойми ты, глупая гусыня, если изумруд останется у мастера – все наши планы рухнут! – А если он проснётся, как мне тогда быть? Онже меня убьёт! Прозвучал презрительный смешок. – Не убьёт – не из таких. Да хоть бы и хотел – он не сможет пошевелить и пальцем, полный бокал зелья сковал его волю и силы! – Но… Зачем вам его перстень? Мы же не сможем… Ах! Испуганный вскрик совпал с новой звонкой пощёчиной. – Это не твоё дело! Ты стала слишком любопытна. Или забыла, с кем говоришь?! – Простите… – Ладно, будет реветь – у нас мало времени! Ступай, забери перстень и принеси его мне. И проследи, чтобы наши вещи перенесли в карету как можно быстрее. 31. Анзельма Дверь тихо скрипнула… Кто-то почти неслышно, крадучись приблизился к нему. Андрей попытался сжать руку в кулак, но пальцы будто намертво одеревенели. Приподнять веки, которые, казалось, весили каждое по сотне пудов, тоже не вышло. Его охватило отвратительное чувство беспомощности, как в кошмарном сне, когда хочется бежать, кричать, защищаться, а ты не в силах ни пошевелить рукой, ни издать ни единого звука. Он прекрасно слышал и осознавал, что с ним происходит. И ещё – рука, на которой был перстень, горела: он не видел, но чувствовал, что изумруд пытается предупредить об опасности, пробудить, влить в него новые силы. Наверное, в какой-то мере это удавалось, иначе Андрей, как утверждала сообщница Терезии, просто-напросто заснул бы мёртвым сном. Или же… Додумать он не успел: чья-то рука осторожно коснулась перстня… И тут же отдёрнулась, послышался вскрик. Разумеется, изумруд не позволит вот так вот отобрать себя у хозяина. Бедняжка Терезия! Несмотря ни на что Андрей не испытывал к ней неприязни, скорее сочувствие. Последовала долгая пауза – должно быть Терезия размышляла, как ей теперь быть? К нему наклонились: он услышал прерывистое дыхание. «Ещё!» – мысленно приказал Андрей изумруду; на этот раз получилось. Он смог открыть глаза и увидеть Терезию. Она смотрела на него взволнованно, но без страха. Решительно подложила ему подушки под голову, затем – он наблюдал за ней – вылила на кружевную косынку воды из кувшина, смочила ему лоб и виски. Стало чуть полегче. |