Книга Барышня-кухарка для слепого князя, страница 54 – Дия Семина

Гордей Сергеевич не в силах сдержаться, сжал кулаки, последние слова матери больно ударили по остаткам душевного равновесия.

— Она удивительным образом принимает меня таким, какой я есть, всего без остатка. Хотя нет, конечно, она не верит в магическую данность. Но это не так важно, я не могу её потерять.

— Тода мой тебе совет, не спеши, но действуй уверенно. Прости мне мою оплошность. Мне так стыдно, но я поддалась на разговоры Нинель.

— В каком смысле, или я уже понимаю, ты была готова благословить нас?

— Да, она проявила себя слишком настойчиво, мне показалось, что это лучший вариант, чем твоё затворничество. И я взяла с собой помолвочное кольцо, то самое, какое завещала наша бабушка твоей будущей невесте. Бриллиант в этой комнате. Видит бог, я не хотела отдавать его графине. И счастлива, что твоя избранница не Нинель.

Княгиня промокнула слезинку, скорее от радости, что вообще зашла речь о женитьбе. Встала, достали из своего объёмного ридикюля маленький бархатный футляр.

— Это кольцо твоя бабушка купила, когда ты родился. Какая у неё была прихоть в тот момент, уж не знаю, может быть, желание тратить деньги мужа на драгоценности взяло верх, а потом, чтобы не получить выговор, она дипломатично отреклась от перстня в твою пользу. Держи, мой мальчик. Послезавтра поезжай и признайся, ей эти слова тоже нужны, чтобы пережить трудный период, но пока похороны, лучше не стоит.

— Ты лучшая мама на свете! — произнёс и заметил, что обращается к ней как в детстве, во времясекретных разговоров на «ты». Улыбнулся, приятное ощущение душевной защищённости, какое возникает даже у самого сильного мужчины, только если рядом мама.

— Только для тебя и твоих детей. О боже, у меня, наконец, будут внуки!

Гордей лишь тяжело вздохнул, вспомнив неприятный скандал с ужасными каплями, но ничего не сказал. Не желая испортить матери благостный настрой.

После откровенного разговора с матерью появилось ощущение лёгкости, давно забытое, надо сказать. Последние три года Катерина Романовна не слишком часто соглашалась с решениями сына. И теперь, наконец, увидела, к чему это привело. Они отдалились и замкнулись каждый в своём мирке, ещё немного, и последние крохи доверия растворились бы как сахар в кипятке.

— Я рад, что мы поговорили откровенно, очень рад.

— Теперь мы только так и будем разговаривать. Только так.

В этот момент Василий Архипович, тихонько постучав в двери, пригласил к столу на обед.

— Надо же, как бежит время, вот только пили чудесный кофе.

Гордей Сергеевич помог княгине подняться с кресла и проводил в небольшую столовую, подали суп, причём на удивление вполне приличный. На второе у кухарки воображения не хватило, и она сделала традиционную гущу, но даже в этой простой крестьянской еде появился едва уловимый след мастерства Дарьи.

Сделалось невыносимо тоскливо.

— Скучаешь по ней! Это полезно! Запомни это ощущение, и оно будет тебе помогать в те редкие минуты раздражения. Они тоже случаются в семейной жизни, однако, страх потерять любовь — будет тебя всегда сдерживать от резких слов.

— Мудрые слова, очень мудрые!

После обеда Гордей Сергеевич занял себя хозяйственными делами, отправил на телеге в большую деревню Марфу и наказал закупить продуктов. Причём в этот раз распорядился сам, чем ужасно смутил кухарку.