Книга За(в)учка против Мертвого Ректора, страница 102 – Лора Импульс

— Ладно. — Ксера поднялась. — Но если ректор тебя опять куда-то потащит — скажи мне.Или хотя бы оставь записку. Или согни хоть эту ложку, чтобы я поняла, что он тебя не подменил, как Ардиса.

— Он не подменял Ардиса.

— Он не подменял Ардиса.Ты это говоришь слишком уверенно, — Ксера прищурилась. — Хотя в самом начале всё указывало на него. А теперь ты вдруг перестала его подозревать. Почему? У него же… — она понизила голос, — наверняка шкаф полный скелетов.

— Только один, — вырвалось у Галлы.

— Что?— Ксера мгновенно напряглась. — В каком смысле «один»? Ты сейчас что сказала?

Галла поняла, что ляпнула, и как слова повисли в воздухе, будто кто-то натянул нить.

Она тихо выдохнула:

— Просто… он потерял возлюбленную. Много лет назад.

Ксера моргнула — удивление вытеснило подозрительность.

— Возлюбленную? Сомбре? Серьёзно?

— Серьёзнее не бывает, — мягко сказала Галла. — И всё это время он пытается хотя бы… вернуть память о ней. Не человека, не жизнь — память. Чтобы она не исчезла окончательно. Чтобы не оказалось, что он помнил её один.

Ксера замолчала. На лице отразилось сразу несколько эмоций: растерянность, жалость, сомнение и… плохо скрываемое любопытство.

— Поэтому он такой, — продолжила Галла, желая раз и навсегда закрыть тему. — Странный. Затворник. Пугающий. Он не злодей — он… застрял. Так бывает.

— Но почему ты… — Ксера замялась, — почему ты вообще это знаешь?

— Именно потому что я… подозревала его во всём… лазила по его вещам… — Галла отвела взгляд. — А еще он иногда проговаривается. И я… стараюсь слушать.

Ксера задумчиво села на кровать, поджав ноги.

— Я, конечно, ожидала чего угодно, — пробормотала она, — но не это.

— Вот видишь. Всё гораздо банальнее, чем кажется.

Ксера бросила на неё долгий взгляд:

— Галла… если это правда, то ты только что объяснила вообще всё.

— И значит, — Галла вздохнула, — подозревать его в убийствах необязательно.

Ксера, к удивлению Галлы, кивнула.

Галла снова пошла на лекцию Ламеля. Та тянулась как густой сироп, липкий и безвкусный. Голос профессора монотонно бормотал о каких-то «регулятивно-этических компенсаторах», «поведенческих шаблонах сознания в стрессорных ситуациях», словно каждое слово рождалось у него в муках и тут же хотело умереть.

Галла приглядывала за зловещим профессором вполглаза, но мысли её были далеко — в тетради Веры.

Защитное зачарование ректора делало настоящий текст видимым только через очки — и Галла, сидевшая на предпоследнем ряду, просто держала её открытой на парте. Сосед понимающе кивнул, решив, что вместо скучной лекции она просто делает домашку по какому-то другому предмету. Если задуматься, то так и было.

«Свет — зов — сосуд»

' Врата, но не цель '

«Свет удерживает течение»

Галла хмурилась. Одни заметки были похожи на дневник, другие — на формулы. Какие-то строки дрожали, как будто их писали у самой кромки разрыва. Какие-то — наоборот, были яркие, вдохновенные.

И дальше — то, от чего у неё всегда стыл позвоночник:

«Если связь удержать достаточно — она откликнется. Даже если её здесь нет. Даже если она — там и нигде».

«Хаос всегда требует плату».

Галла перевела дыхание.

Это было… слишком личное.

Слишком близкое к тому, что она слышала от Сомбре — но здесь, на бумаге, это звучало громче, честнее, страшнее.

Она захлопнула тетрадь как раз в тот момент, когда Ламель неловко развернулся к аудитории.