Книга За(в)учка против Мертвого Ректора, страница 29 – Лора Импульс

Очки тихо зашептали: «Ты учишься. Следуй за разумом, но не теряй сердце. Это важно.»

— Сердце, да? — пробормотала Галла, чуть улыбнувшись самой себе. — Придётся учиться и этому.

Эдвард улыбнулся в ответ, как будто шутка задела что-то важное, но его взгляд снова стал сосредоточенным:

— А теперь давай смотреть дальше. Следующий шаг — проследить, кто мог иметь доступ к лаборатории и коридорам во время инцидента.

Галла вздохнула глубоко, ощущая прилив решимости: опасность была рядом, но теперь у неё был союзник, который понимал её цели, и пусть магия, интриги и строгие преподаватели не мешали — она не остановится.

Сумерки в Академии Второй Эверы наступали быстро, как будто сама магия глушила солнечный свет, призывая ночь чуть раньше. Гала шла рядом с Эдвардом по пустому коридору, стараясь не шуметь. Каменные плиты пола казались особенно холодными, а факелы на стенах едва потрескивали, отбрасывая тени, похожие на чьи-то вытянутые руки.

— Уверен, что нам сюда можно? — шёпотом спросила Гала, пряча руки в рукава мантии.

— Уверен, что сюда нужно, — так же тихо ответил Эдвард, бросив быстрый взгляд на неё. — Мы ищем следы, а они не появляются днём, когда коридоры полны студентов.

Он открыл дверь старой лаборатории, которую, как говорили, уже несколько лет не использовали. Гала осторожно шагнула внутрь — пахло пылью и сухими травами. На длинных столах лежали забытые колбы, склянки с засохшими осадками, куски мела.

Очки на переносице тихонько щёлкнули, будто проснулись, и прошептали: «Смотри внимательнее. Здесь магия недавняя. Совсем свежая».

— Что? — шёпотом переспросила Гала, но Эдвард уже заметил странный след на полу: тусклый, как будто выжженный символ.

— Вот, — он присел, провёл пальцами над рисунком. — Защитный контур. Не студентский — слишком сложный, и к тому же не до конца стёрт. Кто-то торопился.

Гала опустилась на колени рядом с ним.

— Значит, здесь что-то делали… но что?

Эдвард поднялся, лицо его стало серьёзным, тени подчеркивали резкость скул.

— Попытка скрыть следы — уже улика. А ещё… — он указал на полку у стены. Там лежал кусочек ткани, зацепившийся за гвоздь.

Гала осторожно взяла находку. Ткань была мягкой, дорогой, с вышивкой. И явно не из ученической формы.

— Чья-то мантия, — пробормотала она. — Но не студенческая.

— Преподавательская, — подтвердил Эдвард, мрачно глядя на находку. — И, похоже, женская.

Гала почувствовала, как внутри всё холодеет. Значит, к происшествиям причастен кто-то из сотрудников.

— И что теперь? — тихо спросила она.

Эдвард посмотрел на неё серьёзно, но с каким-то одобрением:

— Теперь ты понимаешь, почему я говорил о тайне. Если это преподаватель — дело опаснее, чем казалось.

Очки шепнули: «Ты на верном пути. Но будь осторожна — те, кто стирает следы, не любят свидетелей».

Галла сжала ткань в кулаке и кивнула. Она уже знала, что не отступит.

Доски пола предательски скрипнули где-то в коридоре. Эдвард резко выпрямился, схватил Галлу за локоть и шепнул:

— Идут.

Огонёк, что летал пред ним, мгновенно погас, и лаборатория погрузилась в густую темноту. Только тусклое свечение защитного контура на полу мерцало, словно злое око.

Шаги становились ближе. Медленные, осторожные. Не похоже на студентов — они бегают быстрее.

Эдвард мягко потянул её к шкафу в углу, и они вдвоём юркнули внутрь. Шкаф оказался узким, пахнущим старой древесиной и прелыми травами. Гала прижалась спиной к холодной стенке, чувствуя, как Эдвард дышит рядом — его плечо почти касалось её.