Книга Янтарная тюрьма Амити, страница 230 – Рона Аск

— Почему? — удивилась Мэй, а Сладос немного печально улыбнулась.

— Порой люди, когда испытывают сильное нежелание чего-то, готовы идти на отчаянные меры.

— Ашара… Она собралась… — с сомнением начала я, но так и не смогла закончить свою мысль, а Сладос покачала головой, словно заранее догадалась, о чем я хотела спросить, и продолжила:

— Когда подошла очередь Ашары, толпа мужчин взорвалась выкриками о ставках. Родители были счастливы, потенциальные мужья готовы были отдать за их дочь целое состояние, однако сама Ашара была ко всему этому холодна. Она все еще надеялась, что ее возлюбленный успеет, но… Он все никак не появлялся. Не появился даже тогда, когда прозвучала последняя ставка, которую, казалось бы, уже никто не мог перебить, как вдруг появился тот, кого надеялись не увидеть на аукционе.

— Вождь, — догадалась Мэй, а я вздохнула:

— Его жена все-таки почила…

Сладос кивнула.

— Она погибла почти накануне аукциона, но вождь отдал всем приказ сохранить в тайне ее кончину, поэтому никто не знал о его намерениях торговаться за Ашару. Ставка главы племени оказалась настолько высока, что никто не смог бы с ней даже сравниться, не то что перебить.

— Все были поражены таким событием. Жена главы еще не была предана огню, а он уже выкупил себе новую невесту. Да еще первую красавицу! Родители Ашары были невероятно счастливы…

— Конечно, кого волнует чужое горе… — проворчала Мэй и извинилась, когда я пихнула ее локтем в бок.

— Однако когда пришло время для скрепления договора — будущие жених и невеста должны взяться за руки и покинуть аукцион, — пояснила Сладос. — Вождь отказался это делать, что значило наличие условия для будущего брака.

— Он захотел гарантии, — криво улыбнулась я.

— Да. Вождь был уже немолод и не мог себе позволить потерять второй шанс завести наследника. Наученный горьким опытом, он воспользовалсяправом гарантии, заплатив двойную цену, после чего торги за Ашару надолго вошли в историю Асхары, как самые дорогостоящие.

— Аукцион закончился, но Фирун так и не появился. Как не появился и белый кот. Этой же ночью родители должны были отправить Ашару во владения вождя, но ритуал предбрачного соития был отложен на два дня, чтобы вождь мог проводить бывшую жену в последний путь и отчистить дом от ее присутствия. Считалось, если в жилище осталось хоть что-то от предыдущей жены, то новая невеста унаследует все ее недуги. Однако когда наступил день забирать Ашару, ее родители вдруг отказали вождю.

— Отказали? — удивилась Мэй.

— Они просили его выждать положенные пять месяцев или хотя бы четыре, опасаясь, что дух бывшей жены разозлится на столь скорую замену и навредит их дочери.

— Странно это как-то, — заметила я.

— Вождь тоже так подумал и захотел немедленно увидеть свою женщину по праву аукциона. Родители до последнего старались его остановит. Обещали расторгнуть договор на их дочь и вернуть все, что он заплатил, но вождь остался неумолим — ему не нужны были богатства, ему нужна была Ашара. Поэтому он насильно ворвался в комнату девушки и увидел все своими глазами.

— Тот самый маленький секрет, который Ашара скрывала, — поняла я. — Она была беременна.

— Да ладно! — воскликнула Мэй, а Сладос поведала:

— Перед уходом Фируна, Ашара пожелала, чтобы он подарил ей дитя. Так она надеялась избавить себя от нежеланного замужества и дать Фируну больше времени, если понадобится, однако…