Онлайн книга «Осень. Кофе. Акварель»
|
Проснулась я от легкого толчка. Пегасы усмиряли ход, бежали все медленнее и вскоре остановились, захлопали крыльями, затребовали воды. Сирко объявил о прибытии. Мамочки аккуратно разбудили детей, все принялись выходить в какой-то почти благоговейной тишине. И я услышала. Легким плеском волны море отвечало на мое приветствие. Я улыбнулась, сдерживая рвущееся наружу сердце, и прошептала тихо, так, чтобы только оно и услышало: — Здравствуй, море… Пегасы, о существовании которых я уже позабыла, перенесли меня в иной мир. Из современности, с ее телепортами и говорящими зеркалами, в прошлое, где люди передвигались ногами, а магическая связь не тревожила серебро стекла. Я взглянула на свое зеркало, просыпала над ним несколько искр и окончательно поняла, что мама не ответит. Магия зеркала также отказывалась показывать объемные карты местности. А значит, я очутилась в незнакомом месте без ориентации. Хохотнув от неожиданности, я решила действовать по старинке. — Доброй ночи! Подскажите, пожалуйста, как мне добраться до отеля «Северный берег»? — спросила я у мамочки, задержавшейся возле кареты. Девушка подняла на меня уставшие глаза, но не стала грубить или отмалчиваться. Она мило улыбнулась и пустилась в объяснения: — Смотрите, вам нужно выйти с пегасовой станции и пройтись пешком около километра через лес на север. Нет-нет, не переживайте, дорога мощеная, освященная, да и волков с дикими людьми у нас тут давно не водится. Ступайте, там еще указатели будут, не заблудитесь. — Благодарю… — Возьмите буклетик с картой на станции, — крикнула девушка мне вдогонку. — Лишним не будет. Но оказалось, что станция уже была закрыта. Я немногопобродила вокруг и, наконец, нашла нужные указатели. Старым, еще имперским шрифтом на деревянных дощечках было выедено «Северный берег». Снизу красовалась широкая стрелочка. Я шла вперед и ориентировалась не по указателям и даже не по яркой световой дорожке. Меня вел запах моря и зеленых водорослей, нарастающий, глубокий. Мне казалось, что даже если закрыть глаза, именно нос и неодолимое чувство притяжения приведут к нужному месту. Ночной лес полнился шорохами и глухими, тихими звуками. Скрипнула ветка, будто под тяжелой лапой или чьей-то пятой. Ухнул филин, сорвался с дерева и засвистел крыльями. Лопнула поедаемая лесной мышкой ягода. С тихим то ли шелестом, то ли стуком, опадали первые желтоватые листья. Ветер вдруг загудел, зашуршал густой листвой, донес ароматы хвои и, почему-то, сандала. Ветер коснулся лесной прохладой лица. Я шла, зажмурившись, и впитывала в себя эти ночные чудеса и впечатления. А перед мысленным взором проплывали не случившиеся акварельные наброски. Мощеная дорога заканчивалась невысоким деревянным забором с калиткой и замком-крючком. Совсем как у бабушки в деревне. Я вошла внутрь со странным ощущением трепета и томлением. В голове пронеслась шальная мысль — а вдруг меня не ждут? Вдруг все это розыгрыш? И эта мысль заставила идти скорее. В просторном фойе деревянного здания никого не было. Только пустая конторка, освещенная масляной лампой и десятком маленьких свечек в плошках. Пахло лесом, уютом и сладкой выпечкой. Даже в животе заурчало. — А, вот и вы! — раздалось откуда-то сбоку. — Селеста говорила, что вы приедете! |