Книга Книжная волшебница. Жить заново, страница 18 – Лариса Петровичева

Стоун вздохнул. Эльза представила, как он падает возле своей установки, пораженный энергетическим шаром нестерпимой белизны – а потом все окутывается туманом, и Марк Стоун поднимается, не понимая, что с ним произошло.

Наверно, в последние мгновения жизни он был полон горечи и отчаяния. Изобретение, которое могло принести ему славу, не работало правильно, а он уже не в силах был что-то исправить. Возможно, именно сильное отчаяние и невозможность изменить то, что случилось, и разворачивало колесо времени?

– Мы уже идем, – произнес ректор, и Серафина скрылась в приемной. Сейчас она была очень спокойной и сдержанной, держалась официально и смотрела на Берна без кокетства, просто как на сотрудника академии.

И все-таки почему он не имел ничего против, когда эта змея к нему липла?

Ректор Стоун взял со стола какую-то папку и они все вместе покинули кабинет. В коридоре пары сложились сами собой: Стоун с Серафиной быстрым шагом двинулись впереди, Эльза пошла рядом с Берном, невольно замечая, что он нет-нет да и посмотрит в ее сторону.

У него наверняка было много вопросов. Не каждый день встречаешь жену государственного изменника, которая его и выдала. Эльза снова дотронулась до груди, и Берн негромко спросил:

– Болит?

В его голосе Эльза с удивлением услышала и тепло, и заботу.

– Нет, – так же тихо откликнулась она. – Это призрачная боль, нервное.

Он понимающе кивнул и больше ни о чем не спрашивал.

Большой зал академии был похож на театр: такие же ряды, которые поднимались вверх, раскрываясь, словно веер, такая же сцена – здесь наверняка проводятся праздники, посвящение в студенты, общие собрания… За столом сидел крепкий мужчина в темном, видавшем виды костюме – он был абсолютно лыс, голую голову пересекал причудливыйкрасноватый шрам, похожий на раскидистое дерево, и Эльза подумала, что следователя Геллерта когда-то ударила молния. Стоун положил рядом с ним папку, что-то негромко сказал и занял место в первом ряду.

Джемс уже сидел в одном из кресел, вытянув ноги. Рядом с ним расположился Кимбри – завхоз и помощник не тратили времени даром и вдвоем чинили какой-то тонкий механизм, полностью погрузившись в работу, но почему-то рядом с ними Эльзе сделалось спокойнее.

Да, ее тайну знают. Что ж, пусть.

Геллерт негромко кашлянул в кулак, привлекая внимание, и троица дам, которая сидела на втором ряду, тотчас же прекратила испуганные перешептывания. Громила и карлик одинаковым движением скрестили руки на груди.

– Пока еще не все преподаватели съехались, – произнес ректор Стоун. – Новый учебный год еще не начался.

Геллерт понимающе кивнул. Поднялся из-за стола.

– Уважаемые преподаватели, меня зовут Дитрих Геллерт, я старший сотрудник окружного следственного отдела, – представился он. – Приехал в академию и буду здесь до завершения расследования, так как анализ, который провел наш специалист, говорит прямо: такие разрывы сердечной сумки бывают только после приема ряда зелий. Ваш декан Вандеркрофт был отравлен, это предумышленное убийство.

Все примерно представляли, что он скажет, но по залу все равно прокатились вздохи и шепотки.

– Я знаю, что обитателям академии нельзя навредить снаружи, – продолжал Геллерт. – Но это можно сделать изнутри. Сейчас вы все по одному подойдете ко мне, я сниму ваши энергетические метки. Первыми прошу тех, кто не был в замке во время убийства.