Книга Вечная ночь Сары, страница 63 – Алена Тимофеева

– Слышите?.. – замерла, обращаясь вслух. Шаги гулким эхом отражались от костяных стен. Из конца коридора к нам направлялся незнакомец. Фигура была высокой, неширокой в плечах, на голову наброшен капюшон темной мантии. Но то, что силуэт принадлежал мужчине, было очевидно.

– Папа?.. – неуверенно обратилась я к пришельцу. Через несколько томительных секунд он оказался перед нами. Незнакомец сбросил капюшон. В густых, почти черных волосах блестело серебро седины, лучики морщинок обрамляли светло-карие, золотые глаза.

– Папа… – выдохнула я, задыхаясь от подступивших слез. Отец улыбнулся, заключил в свои сильные объятия. Его мантия источала аромат мирры и ладана.

– Зачем же ты меня нашла, солнышко? – низко прогудел он. – Твои друзья? – поинтересовался, отстраняясь. Вытирая украдкой слезы, я подтвердила:

– Да, думаю, да.

Папа отвел меня себе за спину.

– А вот я не был бы столь уверен, – спокойно проговорил он. Я выглянула из-за его плеча и к своему ужасу заметила Сатану и его свиту, плавно приближавшуюся к нам: Луиза, Ле Гро и Кампанелла, возглавляемые Фавием, шествовали с торжествующими лицами победителей. Все пропало. Фатальная ошибка. Поля подбежала ко мне, вцепилась похолодевшими пальцами мне в руку.

– Наконец-то, – выдохнул Ниал, встречая Фавия как доброго друга, пожимая ему руку. Озарение настигло меня ударом кинжала. Вот почему Ниал казался мне таким знакомым.

– Илиан! – позвала я предателя, и тот улыбнулся мне так тепло и искренне, точно безумец.

– Полагаю, игра окончена? – ласково посмотрел на меня Фавий. В этот раз согласиться с ним я не могла. Отец не дал зародиться словам моего лютого негодования, опередив:

– Довольно игр. Раз уж судьба или, уж если быть честным, злой рок, свел нас здесь, то стоит обсудить вопросы, возникшие у всех сторон.

Удивиться его рассудительности я не успела. Подруга, которую резко охватило бешенство, закричала:

– Мерзавец! Убийца!

Мы с отцом, не сговариваясь, схватили рвущуюся Полю. Она выставляла руки вперед, согнув пальцы, точно хищная птица когти. Фабио гадко усмехнулся, отсалютовав Поле ладонью. Сволочь. Истинный негодяй.

– Солидарна с Жоржем, – в очередной раз улыбнулась Джульетта, отступая к Ниалу. Жорж?

– Отец Георгий, не хотите ли развеять изумление на красивом, но явно обескураженном лице вашей дочери? – мягко спросил Фавий, шагнув вперед. Луиза, машинально отзеркалила его движение, как неуклюжий двойник. Жалкая копия. Скривив губы в неприязненной улыбке, я поглядела на отца. Тот не выказывал ни капли волнения или злости, в то время как во мне бушевали волны ярости.

– Ты прав, но жаль, лишь в этом. – Папа посмотрел на меня, отпуская присмиревшую Полю. Его голос эхом отражался от мертвых стен. – На каждое действие есть противодействие. Когда-то давным-давно служители храма бога Гелиоса прознали о надвигающейся угрозе: обезумевшие творения Эмпусы губили целые поселения из-за своего неутолимого голода. Тогда жрецы попросили у бога солнца защиты, как в свое время жительницы деревни, лишенной воинов, обратились к Гекате.

– В преданиях всегда виноваты женщины! – возмутилась я, Джульетта охотно поддакнула. Уголки губ папы приподнялись в подобии улыбки.

– Это лишь легенды, кто теперь правду скажет? Одно только известно, жрецы свой путь начинали из греческого храма, так и сложился орден. У них рождались дети, потомки и продолжали дело родителей. Проблема была в количестве. Не во всех поколениях проявлялся дар, у кого-то он мог развиться лишь на закате жизни, а кто-то с рождения его заглушал, мня себя больным или сумасшедшим, – продолжил папа, вставая передо мной, словно загораживая своим телом от недругов. – Ты отыскал нас двадцать лет назад в Риме, и Фортуна была к нам благосклонна, мы сумели сбежать, но теперь, Фавий, вновь ты хочешь обмануть судьбу, – отец покачал головой. Сбежать… Сны про разрушенный замок смешались с реальными воспоминаниями из детства. Руки задрожали от гнева, не то на побег отца, не то на Фавия, не то на саму себя.