Книга Вечная ночь Сары, страница 71 – Алена Тимофеева

– Само ваше существование под угрозой, а не положение. А то, что люди, неспособные принять иную сторону жизни, просто погибают от рук твоего… – я не смогла сразу подобрать нужное слово, замялась, – вида, – и продолжила, переведя взгляд на Луизу, – не волнует?

Беспокойство сменилось гневом, глаза Луизы сузились, она отпрянула, словно хотела держаться от меня как можно дальше.

– Опять эти россказни Фавия, – покачала головой Луиза. Вцепившись в имя, точно пес в кусок мяса, я задала терзающие меня вопросы:

– Зачем ты пронзила его мечом? Ты же была всегда на его стороне. Из-за Илиана? Ревность взыграла?

Луиза прикрыла лицо рукой, как делают люди, когда глаза слепит солнце. Но Луиза уже не была человеком, да и мрак за окном. Спрятавшись от летящих, словно пули, вопросов, она не желала на них отвечать, прежде всего, самой себе. Луиза отхлебнула еще бренди, причмокнула, вздохнула и, наконец, откликнулась:

– Да кто такой, собственно, Илиан? Старый дружок? Всего лишь приспешник, удачно внедренный к свободным, – пожала она плечами, но губы ее предательски дрогнули.

– Фавий же создал его, Илиана… Они вместе со времен пожара на болотах, когда Елена или Ольга, как звали его возлюбленную на самом деле, сгорела в собственном доме, – прошептала я, осознавая, что, наверное, не должна была ей этого говорить. То был наш с Фавием секрет. Его любовь была священной, жертва Илиана – искуплением. Кем мы с Луизой приходились Фавию, сказать было сложно.

От Поли с папой не исходило ни звука, они тактично делали вид, что не слышат разговора.

– К дьяволу его, – яростно выпалила Луиза и допила смешанный с кровью бренди до дна. Жаль я так сделать не могла, отрезать Фавия от себя, как сухую ветку с дерева.

Прибытие в Цюрих для меня прошло как в пелене, краски смазывались, лица терялись в толпе. На автомате двигаясь за своими спутниками, я думала только о том, что буду делать дальше. Служить ордену? Приму дело отца? А Фавий? А Поля? А мама?.. Мы больше и словом не перекинулись, ее номер я заблокировала. Что ей сказать, уже и не знала.

С людного вокзала мы плавно переместились в такси. Луиза уселась рядом с водителем, что гарантировало ей безопасность от пустой болтовни, а мы втроем теснились на заднем сидении. Поля вновь положила голову папе на плечо. Мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки, дыхание стало тяжелым, точно я бежала, а не сидела. Так ли уж мы с Луизой различались? Она ревновала Фавия, я отца…

За окном мелькали бесчисленные отели, сияющие неоновыми огнями вывески. Современная эпоха не боролась с прошлым города, время позволяло им ужиться. Может, и у меня получится?

В шумном аэропорту у гейтов нас ожидал высокий сухопарый мужчина. Светлые волосы посеребрила седина, бежевый плащ надет поверх черной водолазки и джинсов. На улице было слишком тепло для такой одежды. Папа пожал ему руку, представил нам:

– Знакомьтесь, девушки. Эдуард Гейликман, мой хороший друг и коллега.

Взгляд голубых глаз, спрятанный за стеклами очков в модной оправе, потеплел.

– Обычно меня представляют как доктора Гейликмана, – он улыбнулся нам краешком рта. Папа возмутился:

– Ты вообще-то кандидат только!

Эдуард рассмеялся:

– А в Европе нет такого понятия, сразу доктор. Но вы, девочки, можете звать меня просто Эд, – он подмигнул Поле. Подруга отступила, словно хотела спрятаться за моего папу. Эд нахмурился, а я поспешила его отвлечь: