Книга Вечная ночь Сары, страница 68 – Алена Тимофеева

– Не буду я трястись четыре часа в эконом классе! Мне хватит денег, чтобы всем купить билеты в первый и еще останется на безбедную жизнь, – заявила Луиза, скрестив руки на груди. Папа устало вздохнул.

– Если угодно тратить почти триста евро, пожалуйста, – он поднял руки, демонстрируя Луизе ладони. Миротворческий жест должного эффекта не возымел.

– В чем проблема? Это мои деньги, обеспечу всех билетами, комфортная поездка как компенсация, – не отступала Луиза, повысив голос. Поля, молча стоявшая рядом со мной, неожиданно едко ответила:

– А зачем тебе вообще поезд? Купи себе на эти деньги метлу и лети на все четыре стороны.

Лицо оппонентки застыло безжизненной маской. Сейчас разомкнутся яркие губы, и Поля будет уничтожена одной фразой. Но, к моему удивлению, Луиза, не проронив ни слова, подошла к терминалу, занявшись покупкой билетов.

– Не надо, – покачала я головой, с сожалением смотря на Полю. Понимая, почему она злится, сложно было ее упрекнуть в излишней язвительности. Подруга дернула плечом.

– Ненавижу их всех, ненавижу, – она даже топнула ногой в порыве чувств. Папа подошел к Поле и обнял ее. Попытавшись избежать объятий, подруга хотела отступить, но отец оказался проворней, заключив заплакавшую Полю в кольцо крепких рук. Не зная толком, что делать, я тоже приблизилась к ним, прижалась к подруге со спины, обвила руками их двоих. От всхлипов Поли разрывалось сердце. Наши почти семейные объятия были прерваны негромким:

– Все готово, купила билеты. Поезд отправляется через двадцать минут.

Луиза к нам присоединяться не стала. Пора прощаться. Au revoir, Paris.

Зевок я приглушила рукой, закрывая приложение с электронной книгой в смартфоне. Нет, не заменит чарующий запах бумажных страниц бездушная оцифрованная версия текста. «Божественная комедия» увесистым томом покоилась в квартире Лорента, как и брошенные мною вещи. В душе таилась крохотная надежда, что столь небольшая жертва помогла нам выбраться из этого кошмара. Пусть сценарий был написан заранее, отыграть мы его могли по-разному.

Последняя строчка «и снова звезды улыбнулись мне» из тридцать четвертой песни итальянского поэта пронеслись в голове пущенной из арбалета стрелой. Она пронзила нейроны комичным сравнением: как и Данте направлялся из тьмы Ада к тусклому свету чистилища, так и мы направлялись из сумерек Парижа в сияющий Рим. Храм ордена навевал глупые мысли о спасении души. Но было ли мое желание истинным? Или же эти устои не принадлежали мне вовсе? Что случилось бы плохого, если бы я послушно играла свою роль, разделила с Фавием искусственную любовь? Была бы спасена Поля? Появился бы вновь в моей жизни отец?.. Впрочем, судьбу не обманешь, предначертанного не переписать.

В дороге мои спутники дремали, даже Луиза прикрыла глаза. Мне пришлось сесть рядом с ней, поскольку папа проявил к Поле отеческую заботу, решив подставить ей крепкое плечо. Из-под полуопущенных ресниц я наблюдала, как на это самое плечо опустилась голова моей подруги. Ревность кольнула острой иглой, но только на мгновение. С папой у нас будет еще время, а вот Полю отца жизнь лишила. Поездка не сможет восполнить утрату, но затянуть раны, нанесенные безжалостным Кампанеллой, думаю, вполне способна.