Книга В плену романа, страница 124 – Ракель Арбетета

– Что у тебя на уме? Давай, отвечай. Ты же сама говорила ранее: между нами не должно быть секретов.

– Не должно быть или ты просто настолько въедливый и умный, что их и не может быть? – Он слегка отстраняется, и я вижу слабый отблеск его улыбки. – Все в порядке. Я думала о том, что… – Я перевожу дыхание. – Что есть вещи, по которым я буду скучать, когда мы выберемся отсюда.

Сэмюэль, продолжая вести в танце, ловко кружит меня в очередном повороте.

– По драконам.

– Да, конечно, как можно не любить Ричарда? Хотя я думала не об этом.

– О, я знаю, ты будешь скучать по отсутствию школы и необходимости учиться.

– Я обожаю учиться!

– Да уж, как же я мог усомниться, заучка, – бормочет он, но на этот раз я не сержусь: в его тоне слышится одобрение. – Ладно, я знаю. Ты помешана на этой эпохе, так что будешь скучать по всему этому? Атмосфера, Лондон девятнадцатого века, платья?

– Под атмосферой ты подразумеваешь крайнюю нищету преступного мира, детское рабство, сексизм, расизм, беззубых трубочистов и постоянную смертельную опасность? Хотя, пожалуй, по платьям – да, буду скучать. Но нет, это тоже не то, что я имела в виду.

– Ах. Я знаю, – бормочет он. – Тебе будет не хватать этого идиота Джорджа.

– Ты будешь скучать по нему гораздо больше меня.

Я слышу, как он фыркает.

– Да, точно, я буду скучать по тому, как умирал из-за него по восемнадцать раз в неделю…

– Всего восемнадцать?

Сэмюэль в очередной раз прокручивает меня, и, когда я поворачиваюсь, он притягивает меня к себе ближе, чем позволяет этот танец.

– Я сдаюсь, леди Снейк, – шепчет он мне на ухо, – по чему ты будешь скучать?

Музыка заканчивается. Не проходит и секунды, как она сменяется следующей композицией. Пары вокруг нас начинают двигаться под новую мелодию. И хотя я тоже пытаюсь это сделать, Сэмюэль все еще прижимает меня к себе.

Он так близко, что его дыхание ласкает родинку рядом с моим полуоткрытым ртом.

– Ты действительно хочешь знать?

– Да.

Взволнованная, я пытаюсь быстро придумать, что бы такое сказать, и наконец нахожу ответ.

– Ну, мне будет очень не хватать вот этого. – Я указываю на свое декольте под кружевом плаща. – Мне жаль расставаться с таким богатством. В нашем мире они у меня даже близко не такого размера, понимаешь?

Сэмюэль опускает взгляд вниз, но потом тут же переводит его вдаль за мое плечо. Он неловко откашливается, прежде чем ответить:

– Ну что ж. Так даже лучше. Значит, когда мы вернемся, мне не придется прилагать столько же усилий, чтобы смотреть тебе в глаза.

Я чувствую, как внутри у меня все переворачивается. «Когда мы вернемся?» Он что, хочет, чтобы мы нашли друг друга в реальном мире? (Этот парень определенно решил меня добить.)

Тишина и напряжение между нами нарастают, и мне приходится нарушить молчание, слегка ударив его по плечу.

– Тогда вам повезло, милорд, потому что вот это, – я указываю на свои глаза, – останется прежним.

Он улыбается так искренне, что (ауч) по моей коже вновь пробегает электрический заряд.

– Правда? И мои!

– На самом деле я уже догадалась, потому что это было наиболее вероятным вариантом. Но мне приятно думать, что, если мы когда-то пересечемся на улице… я смогу в тебе узнать хоть что-то, – поспешно говорю я. – Что-то, что ты разделяешь с Сэмюэлем Хаскеллом.

Его лицо застывает. Танцующая рядом пара задевает нас рукой, кружась в танце, заставляя Сэмюэля спохватиться и вновь продолжить двигаться. Однако я замечаю, что он уже не такой, как раньше, а скорее похож на меня саму пару мгновений назад. Такой же отстраненный.