Книга В плену романа, страница 2 – Ракель Арбетета

К счастью, моя любимая ароматическая свеча разгоняет мрачные тени в комнате. Она из лимитированной коллекции «Лев королевы» (это название второй книги саги), и она пахнет деревом и ладаном (это запахи из сюжета той самой книги). А еще у меня на прикроватной тумбочке горит лампа.

Я слишком умная, чтобы не бояться темноты. Ведь в ней может прятаться что угодно. Те, кто не боятся ее, – настоящие глупцы. Именно это я пытаюсь донести своему отцу каждый раз, когда он попрекает меня тем, что к своим почти восемнадцати годам мне пора бы уже преодолеть эти «детские страхи». Однако когда у него ломается компьютер и ему нужна моя помощь, он почему-то не считает меня ребенком.

Внезапно вспышка молнии освещает стену комнаты.

Последовавший за ней раскат грома звучит гораздо ближе, чем предыдущий, да так громко, что я подпрыгиваю от испуга. Я натягиваю простыни на голову, прячась в домик, в убежище из белой ткани, пропускающей свет лампы, и концентрируюсь на книге, которую держу в руках.

Именно этим для меня и является «Бриллиант сезона»: убежищем, в котором я чувствую себя в безопасности. Впрочем, как и во всей саге в целом. Мир, который создала Гарден, – это мой побег из реальности. Место, где я не чувствую себя одинокой.

Я знаю каждого персонажа, будто он мой друг, и каждый сюжетный поворот, как будто сама его придумала. Я могла бы часами говорить (доказано на практике) о деталях мира, в котором такие строгие правила этикета и при этом существуют искровые драконы (они милые и зажигают камины).

Из всех моих друзей (их всего двое) я самый большой фанат «Эпохи магии», и это беря в расчет тот факт, что мои подруги просто обожают книги Гарден.

Обсуждение сюжета – одно из моих любимых занятий, ведь ощущение, что я знаю каждую деталь, придает мне уверенности в себе. В консерватории я упорствовала до тех пор, пока преподаватель не разрешил включить в репертуар класса фортепианные мелодии, которые играют на балах, когда герцог и Китти влюбляются друг в друга.

И сегодня я снова с головой ушла в эту историю. Вот почему я почти не обращаю внимания на очередной раскат грома, нарушающий тишину ночи. И почему я смеюсь вслух, даже когда дождь превращается в настоящий потоп, который, кажется, вот-вот поглотит город.

Впрочем, роман захватывает меня не настолько сильно, чтобы я не вскрикнула, когда внезапно что-то громко трещит, а затем свет в комнате гаснет.

Ладно, Лаура, успокойся. Вырубившейся лампе есть объяснение: буря настолько сильная, что наверняка повредила проводку. А свеча… Она наверняка погасла из-за сквозняка.

Хотя, с другой стороны, окно и дверь у меня плотно закрыты.

Надо бы вылезти из-под простыней, чтобы проверить и заново зажечь ее, но я не решаюсь. Хуже всего, что без света я больше не смогу читать. А жаль, потому что сцена была замечательная: дракон Лира вот-вот собирался испепелить плащ Джорджа.

Очередной раскат грома, еще мощнее прежнего, заставляет меня прижать книгу к груди.

Я перевожу дыхание и зажмуриваюсь, стиснув книгу изо всех сил.

– Спокойно, спокойно, спокойно, спокойно, – шепчу я, как это обычно делает моя мама. – Все хорошо. Думай о красивых старинных платьях. Думай о драгоценных камнях. О том, как Джордж Китинг приглашает тебя на танец. О том, как королева Шарлотта называет тебя «бриллиантом сезона» вместо Китти. – Я не могу удержаться от улыбки. – Какую же чушь я несу.