Онлайн книга «Дуэль двух сердец»
|
На лице выступила улыбка, но сложно было сказать, чего в ней было больше, радости или печали. Она снова заплакала. Слёзы полились ещё быстрее. Их стекало так много, а они всё не заканчивались и не заканчивались. Можно было подумать, что Клэр до этого момента совсем никогда не плакала. Она взяла его руку своей дрожащей рукой и крепко сжала, будто боясь, что её вот-вот силой вырвут. Его ладонь была тёплой, родной, любимой. Долгое время она ничего не могла из себя выдавить, кроме слёз. Слова застревали в горле и даже с большим усилием никак не выбивались наружу. – Ну тише, тише… Не плачь, прошу тебя, – ослабшим голосом прошептал он, и Клэр пришлось взять себя в руки, сдержать всхлипы, чтобы хоть немного услышать его. – Прости меня! Прости меня, пожалуйста. За всё… – Мне… – Он закряхтел, зажмурился, закусил губу от невыносимой боли. Каждое слово давалось Никите с огромным трудом, но он всё равно продолжал: – Мне не за… что прощать тебя!.. Я… благодарен за всё. – Я вытащу тебя! – Клэр приподняла его багровую, липкую руку. Заметила глубокую рану от выстрела. Пуля не прошла навылет. Она жгла его и причиняла невообразимые муки. – Я вытащу тебя, как вытащила Корницкого! – заявила она и, собравшись с силами, попыталась приподнять Никиту с земли. – Оставь это. Слишком… поздно. Я уже видел матушку с отцом. Они погладили меня по лбу. Они ждут, там. Жалею лишь об одном… – Он не успел кончить, закашлял, и изо рта его плеснула кровь. Клэр распахнула глаза и испуганно закачала головой. – Нет! Я не позволю тебе умереть. Слышишь! Не позволю. Помогите! Кто-нибудь, пожалуйста! – Клэр хотела подняться, броситься на поиски лекаря, но Никита остановил её, придержав за руку. – Не уходи. Умоляю… Я жалею лишь о том, – продолжил он, когда она вновь склонилась над его бледным, поцелованным смертью лицом, – что так мало времени прожил рядом… с тобой! Из всех мирских благ я всегда бы выбирал твою… любовь. Останься со мной хотя бы сейчас. Не оставляй… Клэр отпустила его руку, обхватила ладонями грязное, испачканное землёй, порохом и кровью лицо и поцеловала, так, как долгое время этого желала, так, как всегда хотела целовать. С любовью, жадностью, нежностью, страстностью. Он ответил и вложил в касание влажных горячих губ все свои последние силы. Вокруг них царила убаюкивающая безмолвная тишина. Клэр лежала на груди Никиты, мокрой, напитанной кровью, и левая её щека очень быстро окрасилась в красный. Уже больше часа он молчал, не издавал стонов, не дышал. Уже больше часа его сердце перестало тихо постукивать внутри, а свет в устремлённых к небу глазах померк навсегда. На приоткрытых, испачканных кровью губах застыли последние слова, что он не успел ей сказать. Он всё ещё был тёплым. Всё ещё родным и любимым. Мир Клэр остановился вместе с его дыханием, канул в пропасть вместе с его жизнью. Она не уходила. Не нашла в себе сил подняться. Или, быть может, не сил, а желания. Ни о чём не думала. Просто лежала без признаков жизни и тихо, едва уловимо напевала неизвестную мелодию без слов, горькую, забвенную и траурную. Душа её умерла вместе с ним, осталось лишь непослушное сердце, что всё билось вопреки яростному желанию остановиться. Она умерла, как умер Котов при Аустерлице. Но ему хватило силы духа продолжать жить. Клэр так не могла. |