Книга Тайна двух императоров, страница 134 – Ксения Холодова

Стоял солнечный день. Дорожки вдоль улиц были влажными и блестели на солнце от прошедшего дождя. Прохожие медленно перемещались из магазина в магазин и просто прогуливались по городу. Дамы держали в руках маленькие бархатные ридикюли, что не так часто можно было увидеть среди модниц Петербурга.

Здания города были похожи одно на другое. Серые и песочные стены гармонично сочетались между собой, придавая городу готическую атмосферу.

– Ещё полчаса назад мне казалось, что наша поездка длилась целую вечность. Но теперь я ощущаю это, как незаметно пролетевший миг. И мне страшно. – Клэр не сводила глаз с проносящихся мимо людей и домов, пытаясь сдержать лёгкую дрожь в голосе.

– Не переживай. Ты способна очаровать кого угодно. Я же, в свою очередь, не буду отходить от тебя ни на шаг. Помни, что грань между реальной жизнью и нашим заданием не стоит переступать. Никогда не расслабляйся и знай, что Наполеон умён и может распознать обман. Верь в то, что сама говоришь, тогда поверят и другие. – Франсуа снова стал проявлять заботу, как было прежде. Нервозность в его голосе улетучилась, и Клэр вновь почувствовала себя в безопасности.

– Ты видел когда-нибудь Наполеона, Франсуа? – переведя взгляд на него, спросила Клэр.

– Разумеется, видел. Пока ему не рассказали о моём происхождении, о моей семье, которую он одной рукой выдворил из страны, мы не раз общались. Он нашёл меня отменным знатоком в области верховой езды и коневодства.

– Наполеон увлекается охотой? – уточнила она.

– Нет, нет. Совсем наоборот. Ему нравятся породистые лошади. Молодые жеребцы – его страсть с молодости. Однажды он преподнёс императору Александру одного прекрасного белого коня. Коленкур был свидетелем неописуемой радости нашего государя, когда передавал ему подарок. А вот охоту он не переносит, считает это бессмысленным занятием.

– Я изо всех сил старалась запомнить приближённых императора. Но портреты могут значительно отличаться от оригинала…

– Когда мы прибудем в резиденцию Первого Консула, я покажу вам каждого, кто будет вас интересовать, – сказал Франсуа, обратив внимание, что карета постепенно начинает сбавлять свой ход.

Клэр слышала, как её сердце бешено колотилось. Как рвалось из груди и мешало думать. Чувствовала, как руки содрогались, а ноги постукивали каблуками в такт качающейся карете.

– Мы въехали в резиденцию императора. – Франсуа принялся накидывать на свои плечи плащ, аккуратно выравнивая каждую складку. – Ни на секунду не расслабляйтесь и не пытайтесь заговорить с кем-либо на русском. Запомните, ни одно слово на русском не должно сорваться с ваших губ. У вас, слава богу, лишь лёгкий акцент, но это и понятно, учитывая тот факт, что вы якобы прожили в России долгое время.

– Я помню… – Клэр тоскливо попрощалась с родным языком и стала общаться исключительно на французском.

Экипаж остановился. Когда открылись двери, у Клэр кольнуло в сердце. «Император Александр уже давно бы счёл это дурным знаком», – подумала она. Накинув шубу и опираясь на руку Франсуа, Клэр вышла из кареты. Солнце медленно покидало небо, скрываясь за налетевшими серыми облаками. Небо в минуты стало белым и напомнило о Петербурге.

Клэр подняла глаза на величественное бежевое здание с серо-голубой крышей. Казалось, что ему не было ни конца ни края. Она пыталась восстановить в памяти это место, но так и не смогла.