Книга Тайна двух императоров, страница 96 – Ксения Холодова

* * *

Процедура сборов ничем не отличалась от той, к которой она уже успела привыкнуть в доме Милановых, только протекала она гораздо быстрее.

После полуторачасовых подготовок Клэр наконец стояла перед дверью зала, в котором её уже ожидали. На протяжении всего пути от комнаты до этой двери её сопровождал охранник. Он был слишком молод, и, судя по его серьёзному лицу, это было его первое ответственное поручение.

Несколько раз Клэр пыталась заговорить с ним, но после тщетных попыток смирилась с молчанием и перестала обращать на него внимание. Когда последовало разрешение войти, юный охранник проводил Клэр взглядом и, оказавшись за её спиной, поспешил закрыть дверь.

Услышав, как щёлкнула дверная ручка, Клэр, словно статуя, продолжала неподвижно стоять у самого входа перед императором и его советниками. В зале было много высоких окон, оттого всё его пространство и лица находившихся в нём людей были прекрасно освещены. Помимо Александра напротив неё находилось ещё шестеро мужчин средних лет.

Заметив беспокойство Клэр, император потёр левой рукой привязанное к правому рукаву мундира пенсне и, по-светски указав на неё рукой, представил всем присутствующим.

– Вот, господа, перед вами Клэр Данииловна Хромова. Она не имеет знатного рода и фамилии, но, к моему, и полагаю, вашему удивлению тоже, способна воодушевить наши умы. Перед вами же, Клэр Данииловна, барон Строганов, графы Аракчеев, Кочубей, Салтыков, мой близкий друг Николай Николаевич Новосильцев и наш просветитель Фёдор Александрович Лабзин. Прошу вас, расскажите в подробностях, кто вы и откуда приехали.

Настороженные взгляды и хмурые лбы. Клэр, слегка заикаясь, никак не могла придумать, с чего именно ей начать свой рассказ.

– Ваше Величество, что эта барышня способна нам рассказать такого, чтобы мы удивились? – поинтересовался самый старый из собравшихся мужчин, одетый в тёмно-зелёный кафтан, давно вышедший из моды, с напудренным белым париком на голове.

– Терпение, Николай Иванович! – тут же ответил ему государь, с недовольством взглянув на Клэр. – Клэр Данииловна, вы можете без страха рассказать моим доверенным людям то, что некогда рассказали и мне.

– Всю свою жизнь я жила в Петербурге. Моё имя может показаться странным, но я русская. Просто по линии матери у меня французские корни.

– В каком году вы родились? – уточнил Александр.

– Я родилась в 1996 году…

Барон Строганов еле сдержал смех, прикрывая рот рукой. Кочубей, Новосильцев и Аракчеев изменились в лице и вопросительно поглядывали на государя. И только Лабзин с Салтыковым сохраняли молчание и серьёзность, несмотря на то, что доля удивления всё же промелькнула в их глазах.

– Ваше Величество, барышня, видимо, не в себе, или вовсе блаженная, – заявил Аракчеев, стоящий по правую руку от Александра. Он нахмурился.

– Как вы объясняете это? – спросил Лабзин, не дожидаясь, пока император ответит Аракчееву.

– У меня нет объяснений, ведь это очень дико звучит. Поверьте, в моей голове столько же вопросов, сколько и в ваших. – Клэр не ждала, что ей поверят на слово. Она покорно оправдывалась в попытках объяснить то, что даже ей самой не было понятно до конца.

– Государь, это же абсурд! – возразил Аракчеев.

– Мне нет смысла никого из вас обманывать! – выдавила Клэр, сдерживая подступающие от волнения и обиды слёзы.