Книга Тайна двух императоров, страница 98 – Ксения Холодова

– Когда?

– В начале лета 1812 года. Кажется, – неуверенно добавила она.

– Наконец, – тихо проговорили Аракчеев и Лабзин. Александр сделал вид, что не расслышал их восторга, но и он пребывал в схожем состоянии.

– То, чего было не избежать, но что сдавливало нам шею, подобно удавке, – сказал Аракчеев императору.

На пару минут стало тихо. В воздухе повис главный вопрос, который каждый желал, но вместе с тем боялся задать. «За кем будет победа?» Клэр понимала это, но по-прежнему продолжала молчать, опасаясь последствий своих пророчеств.

– Кто? – коротко и твёрдо спросил император.

– Уже к зиме Россия станет одерживать верх над французской армией, и совсем скоро ни одного вражеского солдата не останется на этой земле. Будут великие сражения, великие победы и поражения.

Император, не меняя сурового выражения лица, неожиданно выпрямился и гордым, восторженным взглядом оглядел своих советников.

– Эти знания развращают, дитя, – сказал Лабзин, выйдя на несколько шагов вперёд, убирая со лба прядь волос. – Все мы так жаждем узнать, что случится с нами завтра, что совсем забываем проживать сегодняшний день. Я считаю, Ваше Императорское Величество, – обратился он к Александру, – что чрезмерное проникновение в знания будущего может его необратимо изменить.

Император кивнул своему мудрому учителю.

– Хотелось бы всей душой верить вашим словам, сударыня, – вступил Александр, немного задрав подбородок и взглянув на Клэр из-под бровей, – однако остаётся нерешённым один вопрос. – Он обернулся к своим советникам и, направившись к окну, размеренно продолжил: – Господа, пора гостье рассказать, почему мы интересуемся кольцом, что по случайности оказалось у неё. С юных лет, Клэр Данииловна, меня влекли знания о масонских ложах. В детстве я часто был свидетелем того, как мой отец заключает сделки с невидимыми силами. Когда же я возмужал и разуму моему открылись тайны о том, какая на самом деле великая сила поддерживает баланс всего живого в нашем хрупком мире, я окончательно перестал во всех делах своих уповать на Бога. С неистовой жадностью изучал я рукописи и книги всевозможных орденов, которые мне попадались на глаза. Ничто так же сильно не будоражило мне кровь, как мысль о скорой разгадке очередной тайны. И вот однажды Александр Фёдорович Лабзин поведал мне о небольшом сколе кометы, упавшей тысячи лет назад. Мы выяснили, что камень обладает магическими свойствами, благодаря которым носящий его человек будет вознаграждён за его праведные помыслы и жестоко наказан за ужасные разрушающие деяния. Когда мы вступили в один из орденов, верховные магистры ложи представили нашим несведущим глазам кольцо, которое, по легендам, носил сам Александр Македонский. Именно в этом кольце и был тот самый осколок далёкой кометы. Наступил 1805 год. Мы, разделяя интересы наших ближних соседей, были вынуждены объединиться, чтобы всеми силами препятствовать захватническим действиям Первого Консула Франции, Бонапарта. Как вы могли бы знать, эти военные действия для государства нашего успехом не увенчались. Тогда, понимая, что, пока Наполеон Бонапарт является императором французов, вся Европа будет в страхе плясать под его дудку, мы, Александр Первый, убедили магистров масонского ордена помочь в борьбе против жестокого врага всего человечества. В 1807 году я передал этому вздорному корсиканскому выскочке то самое кольцо в надежде, что в случае вторжения в границы наши он неминуемо потерпит поражение.