Книга Талисман прошлого "Тайна императоров", страница 169 – Ксения Холодова

– Полагаю, что да, сир. Но не могли бы мы дождаться окончания праздника? – Наполеон терпеливо кивнул, однако Клэр заметила,что это терпение давалось ему очень тяжело.

– Признаюсь, лишь одна женщина на моей памяти заставляла меня ждать. Вы совершенно не похожи на неё, но по какой-то причине я с уважением отношусь к вашим чувствам. Вы не виноваты, что именно это кольцо осталось вам в память от отца. Память вообще значит очень много.

– Мне жаль, что я являюсь причиной вашего ожидания. И я бесконечно благодарна вам, за понимание Его Величества! – на миг Клэр забыла о том, что скорее всего, Наполеону было ведомо об обряде, по которому кольцо должно быть передано из рук в руки добровольно. Она удивилась его доброте, но вспомнив это важное условие, отвела осуждающий взгляд в сторону.

Близилась полночь, и все гости вышли на улицу. Кто-то покидал стены дворца и располагался у парадных дверей, а кто-то, как Клэр, лениво протиснулся на открытый балкон. Увидев чёрную фигуру М. среди томящихся в ожидании гостей, Клэр подошла к нему ближе, оказавшись у самых перил. Он тут же обратил на неё своё внимание. Клэр даже показалось, что он обернулся секундой раньше, чем она оказалась в поле его зрения.

Прохладный воздух сильным сквозняком стал проникать через открытые окна внутрь. Руки Клэр покрылись мурашками, что в свою очередь, заметил М. Он прищурил взгляд и с сожалением взглянул на неё. Клэр поняла его намерения. Он отдал бы ей последнюю одежду, снял бы всё со своего тела, лишь бы согреть, но не мог. Слишком много глаз, а такой человек как он, не вправе проявлять излишнее внимание к невхожей в семью императора особе. Его напряжённость и удручённый вид ощущались Клэр достаточно хорошо. Поэтому она едва заметно прикоснулась к его руке, лежавшей на перилах.

Раздался звонкий гул пробивших часов. Придворные застыли в ожидании. Все принялись про себя считать последние секунды уходящего года. И вот загремел салют! Чёрное небо озарилось зелёным, красным, жёлтым, синим куполом. Искры пылали, как огненные мотыльки, со свистом и треском разлетаясь в разные стороны. Над головами ликующей толпы кружили разноцветные шары. Все статуи и павильоны под вспышками стали оживать в ночной пустоте. Дамы вздыхали и ахали, мужчины пытались что-то выкрикивать, размахивая руками.

Клэр стояла, восторженно устремив взгляд высоко вверх. В её голубых зрачках отражались блики от возникших в небе огней. Онапризналась себе, что никогда раньше не была свидетелем такой волшебной красоты. Как ребёнок она ждала Нового года, предвкушая вместе с ним что-то сказочное. На минуту она снова ощутила себя прежней беззаботной девочкой, которая мирно существовала в своём времени.

Её ладонь и пальцы оказались под чьей-то рукой. Накрывшая рука была холодной, с огрубевшей кожей у основания пальцев, но такой родной. Она взглянула на М., но тот не обратил никакого внимания, продолжая с надеждой смотреть в небо.

Так наступил 1812 год. С этого момента для многих людей начался обратный отсчёт в их судьбе и жизни.

После праздничного салюта гости продолжили веселиться с бокалами в руках. Кто-то отправился играть в карты в соседние залы, а кто-то решил отойти в сторону для любви. М. ушёл с последним выпущенным салютом, поэтому Клэр была вынуждена снова бродить одна в поиске знакомых лиц.