Книга Она любила звезды, страница 95 – Галина Погорелова

Окончательно придя в себя, она надрывно закашлялась. Легкие раздирало, но выровнять дыхание, стабилизировать показатели, успокоить страх и наконец-то осознать, где она и что с ней случилось, возможности не было.

Жгучая боль обручем сковывала правую руку.

Ариса попыталась дернуть ее, освободиться – без толку. Проморгавшись, перекатилась на живот, надеясь ослабить натяжение, но сразу поняла ошибку: тело лежало на самой границе твердой земли и топи, а правая рука вязла в зловонной жиже. Что-то мертвой хваткой сжимало запястье, уводило вниз.

Подавив панику, она наконец уловила ответ: упряжь. Кожаные ремни превратились в путы и не отпускали, а там, на другом конце (от этой мысли ее вновь пробрало ужасом), должна была быть ее лошадь. Но животного на поверхности уже не нашлось – кобылу затянуло целиком. Ей же чудом удалось не последовать за ней: во время падения перелететь опасное место и рухнуть на вязкую землю.

Замерев, почти не дыша, Ариса осмотрелась. Сердце не прекращало биться о ребра, инстинктивно хотелось выдернуть руку, рвануть назад, но она останавливала порыв, понимала, что суета погубит быстрее. На болотах нельзя терять самообладание. Любое лишнее движение здесь только усугубит положение.

Добившись относительного спокойствия и в мыслях, и в теле, она заставила себя переключиться на анализ. Едва не сорвалась в панику снова, когда увидела прогноз. Мало того, что правая рука по локоть увязла в трясине, так ее еще и медленно, почти неощутимо, продолжало тянуть вниз.

Алгоритмы выдали расчет мгновенно: при такой скорости через двадцать минут опора под грудью исчезнет, а через пять она окажется лицом в грязи. И задохнется…

Оставалась, конечно, вероятность, что ее найдут раньше. С ней было звено солдат – пять человек.
Вернее…уже четверо. До того момента, как ее лошадь понесло, Ариса успела уловить смерть одного из всадников: четкий удар, траекторию падения, обрыв жизненных показателей.

Рядом с поместьем опекуна на их отряд напали.

Первого из охраны сняли стрелой. Что произошло дальше, проследить она не смогла: неприученная к грохоту битвы и громким звукам, кобыла сорвалась с места, и ей не хватило навыков, чтобы усмирить животное. Хорошо хоть до последнего удавалось держаться в седле: не налететь на ветви, не свернуть себе шею.

Эта безумная скачка длилась, по оценке анализа, около двенадцати минут. Местность вокруг поместья изменилась до неузнаваемости, не имела ничего общего с той, что хранила ее детская память: вместо открытых полей теперь тянулись молодые рощи. Но кобылу понесло не к безопасным восточным лесам, а значительно левее – к болотам. И даже там, на пределе, та чудом протащила ее почти километр – по вязкой, дрожащей под копытами земле. А потом оступилась, и обе угодили в смертельную ловушку.

Пролежав без действий несколько минут, не услышав ничего, кроме звуков леса, Ариса закричала – позвала на помощь. Потратила на бесполезные крики еще минуту. Сообразив же, насколько лес скрадывает звук, отбросила попытки.

Никто ей не поможет – слишком мала вероятность. Нужно выбираться самой.

Она повела взглядом, стараясь не шевелить корпус, и заметила сумку – та лежала на крошечном островке земли всего в метре. Казалось бы, близко, но без надежной опоры дотянуться было невозможно.