Книга Баба Клава, или Злачное место для попаданки, страница 38 – Мариса Бель

"Чтобы выяснить, чтоты". Я была Клавдией Витальевной. Пережила войну бюрократии в мэрии, измену мужа, смерть и попаданчество. Я копала землю, доила строптивую козу, врала инквизитору в лицо и прятала умирающих предателей. Непонятные сущности так не делают.

Утром я только проснулась, как рядом зашевелилась Олиса, зевнула во весь рот и тут же схватилась за голову.

– Уфф... Как будто мешки с мукой таскала всю ночь, – простонала она, приподнимаясь на локте. Ее глаза были запавшими от усталости. – Ты как, Клава? Уснула хоть?

– Уснула? Скорее отключилась. Как тот Маркиз. – Я потянулась, пытаясь разогнать скованность. – Жив он там, у Нюры-то? Как бы узнать теперь?

– Жив. — уверенно ответила Олиса. — Баба Нюра сказала, что надежда есть, значит точно выживет. Сегодня днем заглянет ко мне на рынке, если успеет. – Она натянула платье, поправила растрепавшиеся волосы. – Мне пора, Клава. Лавка, заказы... Хозяин ворчать будет. Ты тут... держись, ладно?

– Куда мне деваться, – буркнула я, поднимаясь. – Иди. И спасибо. Огромное. Без тебя я бы... – Не договорила, махнула рукой. Слова казались ненужными, слишком громкими для этой утренней опустошенности.

После ухода Олисы в доме стало совсем тихо. Я прошлась по комнатам. Следы вчерашнего вторжения инквизиции были стерты, но ощущение нарушения, осквернения пространства витало в воздухе. Вышла во двор. Утро было ясным, прохладным. Коза, завидев меня, подняла голову и требовательно заблеяла.

– Ме-е-е! Голодная? – Я подошла к навесу. – Ну что, мать, твой зверский аппетит единственная стабильность в этом бардаке. – Я удлинила веревку, чтобы ей дойти до густой травы. Коза тут же уткнулась мордой в заросли, забыв обо всем на свете. Хорошо быть козой.

Я присела на корточки рядом, гладя теплый жесткий бок животного. Потом достала маленький кожаный мешочек с семенами Серебрянки. Пересыпала холодные, почти невесомые зернышки на ладонь. Спасение? Или иллюзия? Баба Нюра говорила сажать, но я колебалась. Где лучше? Как ухаживать? Боялась сделать что-то не так и погубить драгоценные семена.

"Подожду Олису или совета Нюры", – решила, аккуратно убирая мешочек обратно. Чувство опустошенности начало понемногу отступать, сменяясь знакомой упрямой решимостью. Выжила вчера. Переживу и сегодня.

Надо кормить козу, себя, думать о завтраке... и ждать. Ждать вестей, ждать беды, ждать... Роберина? Мысль мелькнула неожиданно. Придет ли он проверить после вчерашнего?

Он пришел. Не через час, а почти следом за утренней росой. Я как раз выходилаиз дома с ведром, чтобы набрать воды, и увидела его фигуру у калитки. Роберин нес тяжелую деревянную доску под мышкой и мешок, судя по звону, с инструментами.

– Госпожа Сулари, – кивнул он, его голос был таким же ровным и спокойным, как всегда. Никакой суеты, никаких лишних вопросов. – Доброе утро. Зашел посмотреть, как вы. И... принес кое-что для починки. – Он показал на доску. – Для крыльца. Там ступенька треснула после вчерашней суматохи. И петли на двери погнуты, замок мог пострадать. Надо проверить.

Я замерла с ведром в руке. Моя настороженность сменилась волной облегчения, почти теплоты. Он просто пришел помочь. А не увести меня на эшафот.

– Господин Инваро... – начала, не зная, что сказать. – Вы... очень... Спасибо. – Она отступила, пропуская его во двор. – Я как раз воды хотела набрать...