Книга Нашлась принцесса! Но неприятности продолжаются, страница 120 – Ульяна Муратова

— О… о таком я даже подумать не мог, — удивлённо протянул Мелен, провёл пальцами по изгибам и впадинкам, лаская бёдра, а потом принялся целовать…

Струи воды падали на его широкую спину, обдавая меня тёплыми брызгами. Крошечные капельки словно нарочно били по нервным окончаниям, делая кожу неимоверно восприимчивой к любым прикосновениям. Я прислонилась к стене и вцепилась в крепкие плечи Мелена, чтобы не рухнуть от сводящего с ума наслаждения. Крупные, шершавые ладони заскользили по моему телу, то сдавливая, то касаясь с обескураживающей нежностью, а умелые губы уверенно разжигали во мне пожар.

Когда я со стоном достигла пика, Мелен унёс меня в постель, где продолжил ласкать так, что сами собой закрывались глаза и кружилась голова.

— Боги, какая же ты… волшебная… — онзарылся лицом между моих грудей и замер. — Я не знаю, как продолжать. Не хочу делать тебе больно. Просто не хочу. Даже один раз. У меня не очень подходящий размер для девственницы.

Погладила его по волосам и нежно прошлась пальцами от шеи до паха, признавая, что размер индикатора соответствует прочим габаритам.

— Я использую целительский дар. Мне не будет больно.

— Тогда ты ничего не почувствуешь, это тоже нечестно.

— Нечестно — отказывать мне в том, чего я столько лет ждала.

Притянула его к себе и поцеловала сама, шалея от своей смелости и разрешая себе поверить в то, что происходящее — реально. Вплавляясь в пророчество, виденное столько раз, и при этом восторженно замирая от новизны нашей первой близости, растянутой на сотни дней и ночей, на долгие пять лет.

Я знала каждое движение Мелена, каждый вдох, каждый поцелуй… и всё равно не могла насытиться ими. Растворялась в реальности и нереальности происходящего, словно наконец всё встало на свои места, и будущее — оплаканное, выстраданное, выпестованное и долгожданное — стало именно таким, каким я его ждала.

Мелен целовал моё лицо, полные слёз глаза, дрожащие губы и любил так, как мог только он один — одновременно бережно и исступляюще алчно.

Так, словно этот день — наш последний. Словно других быть просто не может.

Я наконец ощутила себя любимой, бесконечно нужной и ценной.

Мы не отрывались друг от друга несколько часов, никак не способные насытиться новыми ощущениями.

— Моя Валюша… — прошептал он, гладя меня по лицу.

— Уже не Валюха?

— Нет… Валюха — это просто товарищ, а ласковая, нежная, любимая невеста — Валюша, — улыбнулся он. — Если ты не против, конечно.

— Почему не Валери?

— Потому что Валери — для всех, а я хочу называть тебя по-особенному. Так, как не будет называть никто другой.

— Мне не верится. Не верится, что ты приехал, что ты скучал, что ты меня действительно любишь.

— Люблю. Люблю твою доброту, смелость, щедрость, заботу, великодушие. А ещё люблю твою улыбку, твой шикарный кливидж и твою обалденно красивую сочную задницу. Ты не просто световая граната, ты — бомба, подорвавшая мою жизненную парадигму и разметавшая на осколки все мои убеждения и планы, — Мелен прижал меня к себе теснее и принялся целовать плечи. — Ты — почти совершенна. Есть толькоодин недостаток, правда, очень существенный.

— Это какой? — сощурилась я, слегка впиваясь коготками ему в грудь, чтобы не расслаблялся.

— Вкус на мужчин у тебя паршивый, в остальном — ты просто идеал, — насмешливо ответил он.