Книга Нашлась принцесса! Но неприятности продолжаются, страница 22 – Ульяна Муратова

Расстелил на чистых камнях полотенчико, позаимствованное со спорадического согласия контрабандистов, и с сомнением посмотрел на меня.

— Наверное, мне стоит остаться в майке, — предположила я. — Не хочу смущать своего боевого товарища.

— Это правильный настрой, Ваше Косичество. Майку я потом высушу.

— Тогда помоги, пожалуйста, снять бюстгальтер. Там сзади крючки…

С ними он разобрался подозрительно быстро. Я твёрдо решила, что это благодаря развитой мелкой моторике, и запретила себе думать о другом, чтобы не портить настроение. Закрепив на голове косу так, чтобы не намокла, он снял с меня ботинки с носками и поставил на выпирающий из воды тёплый камень, а вот со штанами вышла некоторая заминка — под ними у меня были лишь трусики.

Стягивая с меня штаны, Меленневольно упирался лицом в бессовестное, провоцирующее товарищей на непотребства декольте, а руками скользил по бёдрам, так как из-за жары штаны прилипали к коже.

Крайне затруднительная ситуация, и я с интересом ждала её развития.

— Это всё волглый воздух, — наконец выругался он.

Стащил-таки с меня штаны и натянул майку пониже.

Так, чтобы она прикрывала попу.

Майка для этого была явно не предназначена и затрещала по швам, практически оголяя грудь. Заметив это бесстыдство, Мелен задрал её повыше, но законы физики и коротких маек оказались неумолимы: оголились нижние девяносто.

Я с полуулыбкой наблюдала за его мучениями и помогать не собиралась. Вот ещё! Пусть страдает. Страдания облагораживают душу, а у него душа прям какая-то не облагороженная, это чувствуется.

Поняв, что сразу все мои прелести майка не скроет даже при всём его огромном желании, Мелен смирился и решил, что стратегически важнее прикрыть нижние. Натянув каким-то чудом ещё не порвавшуюся майку как можно ниже, он деловито начал стаскивать с меня трусики, что вызвало бездну удивления и ровно ноль сопротивления — из банального любопытства, что же будет дальше.

Когда трусики вместе со штанами оказались на земле, он с облегчением внёс меня в горячую воду и сказал:

— Плещись пока, тут неглубоко.

Я послушно начала плескаться думая о том, что намокшая светлая майка Мелена ещё удивит.

Чего я точно не ожидала, так это того, что он начнёт стирать моё бельё.

— Эй, подожди, ты что делаешь? — возмутилась я. — Не смей!

— То есть сломать мужику жизнь браком ты готова, а дать постирать твои трусы — нет? — ехидно спросил он. — Да тут даже не трусы, а трусики. Или трусишки. Скажи, они хоть что-то прикрывают вообще?

— Что надо, то и прикрывают, — рассмеялась я и погрузилась в воду по шею. — Ладно, стирай, — милостиво разрешила я, а потом столь же ехидно похвалила: — Хороший верноподданный. Старательный. Молодец.

Мелен выпрямился во весь рост и посмотрел на меня так, что я подумала: сейчас точно поймает и отшлёпает. Для верности плеснула ещё масла в огонь:

— Что, даже не понюхаешь?

Он вдруг расплылся в страшно довольной улыбке и пророкотал:

— Ну, держись! Сама нарвалась!

Я с визгом кинулась вниз по течению, но он меня нагнал в три шага, а потом принялся щекотатьтак, что я захлёбывалась от смеха и даже не могла защищаться: руки всё ещё почти не слушались.

— Мелен, хватит, я сдаюсь!!! — смеялась я.

— Ну уж нет, Лоарели так просто не сдаются! — отказался он принимать мою капитуляцию.