Книга Как понравиться своему убийце, страница 7 – Фабия Кросс

Для начала надо было успокоиться. Нужно просто собрать побольше информации. Как раз зашла горничная, которая искупала меня, причесала и приодела. Пока я рассматривала себя в зеркале, она принесла завтрак. По мне, так тут было слишком много для ребёнка 9 лет, которым я сейчас являлась. Но я чувствовала себя такой голодной, словно неделю не ела. Хотя это было не далеко от истины. После похорон и истерики Аврора, то есть я, упала в обморок и не приходила в себя четыре дня. Меня поили лечебными отварами, но не кормили, понятное дело.

Поэтому я набросилась на завтрак и съела больше того, что могло в меня влезть. Даже плохо стало от переедания. Пока я ела, горничная (её звали Мэри) рассказывала о том, как все за меня переживали. Особенно герцог. Тему о смерти матери Авроры она старалась обходить стороной. Не скажу, что совсем ничего не чувствовала по этому поводу. Видимо, чувства Авроры как-то перемешались с моими, потому что при мысли о маме девочки у меня в душе появлялась глухая, но словно давняя тоска. Как будто я действительно пережила смерть этой женщины как своей родной мамы. Но словноэто было... Очень давно.

Свою настоящую мать я не любила. Не то чтобы я никогда её не любила. Нет, конечно любила, как и любой ребёнок. Даже есть пару воспоминаний, где мы с ней хорошо проводим время. Но потом... Когда мне было лет пять, мать начала пить. Сначала понемногу, но всё равно, напившись, часто забывала накормить меня или постирать одежду. Хорошо, что у нас была стиральная машина и я быстро научилась ей пользоваться, благо мы тогда ещё жили не очень бедно. Это позднее мать продала всю технику в доме, включая и стиральную машину. Но тогда я уже была достаточно взрослой, чтобы стирать свою и мамину одежду вручную. А вот с едой было сложнее. Деньги быстро заканчивались и еду покупать было не на что. Помню, какое-то время я ходила по магазинам и просто ела продукты, думая, что меня никто не видит. Пока меня не поймали. Я так испугалась, что горько расплакалась, рассказав охраннику, что я просто очень хотела кушать. Мужчина растрогался, глядя на мои слёзы и отпустил меня, купив мне целый пакет еды. Так я поняла, что взрослые реагируют на слёзы. В следующий раз я просто сидела на лавочке возле магазина и плакала. Мне не пришлось прилагать никаких усилий, чтобы заплакать. Просто вспомнила, как мама в очередной раз напилась, забыв даже купить мне еды. Ей самой хватало закуски, которую принёс её новый парень, а по совместительству собутыльник. Мне было себя так жалко, что я рыдала в три ручья, особенно когда мимо проходили семьи с детьми примерно моего возраста. Долго сидеть не пришлось - одна пара, узнав, что у нас дома нечего есть, просто отдала мне почти все свои покупки. После этого я регулярно, раз или два в неделю, ходила к разным магазинам и получала еду от посторонних людей. Иногда я просила у них и предметы для гигиены, даже чистящие средства, иначе мы с мамой давно стали бы похожи на бездомных.

Кстати об этом, скоро из нашего красивого дома мы переехали в домик поменьше и победнее. Конечно, мне там не очень нравилось, но зато убирать было меньше. Тогда мама решила попытаться бросить пить. Видимо, когда старый дом забрали за долги, она испугалась. Тогда же она отдала меня в школу, даже появилась однажды на родительском собрании в нормальном виде. На оставшиеся от продажи дома деньги она купила мне школьные принадлежности, два комплекта формы инемного хорошей одежды. Сама тоже обновила гардероб, сходила к стилисту. Я тогда так радовалась, думала всё закончилось и мы, наконец, заживём нормально.