Книга Хозяйка лавки зачарованных пряностей, страница 7 – Юлия Арниева

Марта добавила в мешок кусок желтоватого мыла и связку свечей.

— Еще что-нибудь? Может, крупы? Или соль?

— Соль давайте. Небольшой мешочек.

— Хорошо. И... — Марта наклонилась ближе, понижая голос, — возьмите сбитень, милая. Вижу, что устали с дороги. Горячий сбитень — самое то, чтобы силы восстановить. У меня как раз свежий сварился, еще теплый.

Я колебалась. Сбитень означал дополнительные расходы, но горячее питье действительно было бы кстати. Желудок снова заурчал, напоминая о голоде.

— Ладно, беру.

Марта довольно кивнула, налила сбитень в глиняную кружку с крышкой и протянула мне.

— Вот. Кружку потом принесете, не спешите.

Я расплатилась. Хозяйка взяла деньги, пересчитала и убрала в деревянный ящик под прилавком.

— Заходите еще, — сказала она с теплой улыбкой. — Если что понадобится, мы всегда рады помочь.

— Спасибо, — я кивнула, подхватывая мешок с покупками.

— И удачи вам с лавкой! — крикнулТобиас мне вслед. — Если нужна будет помощь с чем-то тяжелым, зовите! Я сильный, хоть и не выгляжу, — он согнул руку, демонстрируя несуществующие мускулы.

Я усмехнулась.

— Спасибо, запомню.

Выйдя из лавки, я глубоко вдохнула. Первое знакомство с местными прошло хорошо. Тобиас оказался словоохотливым парнишкой и теперь я знала, кто мои соседи, а это уже немало. Особенно предупреждение насчет вдовы Эльзы, от таких сплетниц лучше держать на расстоянии.

Я зашагала обратно по узким улочкам, прижимая к себе мешок с покупками. Кружка со сбитнем была теплой, приятно грела ладонь. Я сделала глоток — сладкий, пряный, с медом и корицей. Вкусно.

Медная улица встретила меня той же тишиной, что и утром. Я дошла до своей лавки, повозилась с ключом, замок опять заедало, и, наконец, открыла дверь.

Внутри ничего не изменилось. Все та же пыль, паутина и запах затхлости.

Окинув обреченным взглядом грязное помещение и тяжело вздохнув, я прошла через торговый зал в узкий коридор, остановилась на пороге кухни и замерла.

С чего начать? Окно, определенно окно. Без света и свежего воздуха тут делать нечего.

Я подошла к зашторенному проему и потянула за край ткани. Штора, когда-то, видимо, светло-желтая, теперь серая и ветхая, рухнула мне в руки целиком, вместе с карнизом. Облако пыли взметнулось вверх, я закашлялась, отбросила все это в угол и пнула карниз туда же и распахнула окно.

Свежий воздух ворвался внутрь, и дышать сразу стало легче. Я вернулась к раковине и осторожно открутила вентиль. На этот раз я стояла в стороне, и ржавая вода брызнула в раковину, минуя меня. Через несколько секунд она посветлела, потекла почти чистой.

Я огляделась в поисках чего-нибудь, что могло бы послужить емкостью. У очага валялся помятый таз, покрытый копотью, но без дыр. Я подняла его, отнесла к раковине и наполнила водой. Пока таз наполнялся, достала из мешка кусок мыла и наскребла в воду стружку. Вода помутнела, слегка запенилась.

Теперь нужна была тряпка. Я вернулась в крохотную кладовку для инвентаря и порылась в куче тряпья. Большинство сгнило или было изъедено молью, но одна тряпка выглядела более-менее целой, наверное, это когда-то было полотенце. Я вытащила ее, встряхнула, подняв очередное облако пыли, и вернулась на кухню.

Бросила эту тряпку в таз с мыльной водой, а затем прикрыла глаза и потянулась к силе внутри себя. Легкий толчок, почти небрежный. Простейшее заклинание, которому меня учила мама, когда мне было лет семь.