Книга Хозяйка лавки зачарованных пряностей, страница 9 – Юлия Арниева

У противоположной стены стоял массивный платяной, дубовый шкаф с резными дверцами. Я открыла его и обнаружила внутри одежду: платья, юбки, блузы, все покрытое пылью и пахнущее затхлостью. Некоторые вещи были изъедены молью, дыры неправильной формы зияли в ткани.

Я провела рукой по одному из платьев — темно-зеленое, с кружевным воротником. Ткань была дорогая, работа качественная. Значит, тетка не бедствовала при жизни.

На полке над платьями громоздились шляпы: широкополые, с лентами и искусственными цветами. Цветы осыпались, ленты выцвели. Одна из шляп стала гнездом для мышей, я увидела остатки соломы и темные шарики помета.

Я закрыла дверцы шкафа и вышла из комнаты.

Вторая спальня оказалась чуть больше. Кровать с темно-красным покрывалом, матрас просел, пружины кое-где прорвали обивку. Рядом с кроватью стоял столик с зеркалом. Зеркало было настолько грязным, что в нем едва можно было разглядеть отражение.

Я провела ладонью по поверхности, мое отражение проступило сквозь слой пыли. Бледное, уставшее лицо, темные круги под глазами. Я выглядела измотанной.

На столике валялись женские мелочи: шпильки для волос, гребень с отломанными зубьями, флакон духов. Я подняла флакон, открыла крышку и принюхалась. Слабый запах, едва уловимый, что-то цветочное.

В углу комнаты громоздился сундук, обитый кожей. Кожа потрескалась, кое-где отстала. Я попробовала открыть сундук, но замок заржавел и не поддался. Ладно, потом разберусь. Может, там что-то ценное лежит. Или просто старое тряпье.

Последняя дверь в коридоре вела в ванную комнату.

Я остановилась на пороге, разглядывая помещение. Большая, медная ванна с изогнутыми ножками в форме львиных лап. Медь потемнела и покрылась зеленоватым налетом, но ванна выглядела добротно, дорого. Рядом с ней из стены торчала труба с вентилем.

Я подошла и осторожно повернула вентиль. Труба внутри стены жалобно заскрежетала, завыла,звук был такой громкий, что я поморщилась, а потом из крана брызнула струя ржавой воды. Я отступила, но вода быстро посветлела, потекла почти чистая.

Хорошо. Значит, водопровод работает и здесь тоже. Можно будет нормально вымыться, не таскать воду ведрами.

Я закрыла воду и осмотрелась. У стены стоял небольшой столик с тазом для умывания — таз был грязный, на дне скопилась какая-то темная масса. Над ним висело зеркало, треснувшее по диагонали. Мое отражение раздваивалось, словно я смотрела сразу на двух себя.

На полке под зеркалом лежали остатки мыла: серый, потрескавшийся кусок и мочалка, настолько жесткая, что ей впору было бы скоблить котлы.

Я вышла из ванной и заметила еще одну узкую лестницу, ведущую вверх. На чердак, судя по всему.

Чердак оказался низким, я могла стоять в полный рост, только нагнув голову. Пахло пылью, сухими травами и птичьим пометом. В щелях кровли пробивался свет заходящего солнца, высвечивая пыль в воздухе.

Под потолком висели пучки трав, десятки связок, привязанных к балкам. Когда-то тетка сушила здесь травы для своих снадобий и пряностей. Теперь большинство превратилось в хрупкую труху.

Я прошлась вдоль чердака, разглядывая связки. Некоторые травы еще можно было опознать: вот лаванда по характерной форме соцветий, вот мята по листьям. Вот что-то с мелкими желтыми цветочками, незнакомое мне растение. Большинство же рассыпалось в пыль при малейшем прикосновении.