Книга Мираж над пустыней, страница 22 – Сергей Журавлев

– Как отдохнул, Роберт? – с наигранным оптимизмом поинтересовался Икар.

– Оттянулись по полной, – самодовольно ответил американец. – В Монте-Карло спустили все деньги в казино. Сначала я даже выиграл, но потом проигрался в пух и прах. Представляешь, даже не осталось денег на бензин на обратную дорогу.

Это было произнесено с такой гордостью, что Ивон даже не знал, как реагировать. Однако ругать, осуждать такого честолюбца, как Джонсон, означало напрячь отношения с ценным агентом. Это было запрещено руководством, значит, надо найти, за что можно похвалить.

– Молодец, что машину не проиграл, – в шутку заметил Дюваль.

– Слушай, а мне это и в голову не пришло, – на полном серьезе заявил сержант. По его лицу стало понятно, как он жалеет, что не додумался до такой простой мысли сам, там, в казино. Ивон замолчал, снова поставленный в тупик поведением агента. Такая безответственность сулила многие неприятности. Необходимо срочно известить резидента, а за поведением Джонсона установить жесткий контроль.

– Как же выкрутился? Надеюсь, ты никого не ограбил? – не на шутку взволновался оперативник.

– Нет, до этого дело не дошло. Я так набрался за все это время виски, что еле стоял на ногах.

– Уже неплохо, – озабоченно проворчал Ивон.

– Ядвиге пришлось вспомнить молодость, – тем временем продолжал Джонсон. – Она подцепила в баре какого-то немца.

– Что она сделала? – предчувствуя правильный ответ, осторожно уточнил собеседник.

– Я же тебе рассказывал, что она раньше, до нашего знакомства, была проституткой в Вене. В баре стоял полумрак, вот мужик сразу и не разобрал ее возраста, да еще и пьяненький был. Фигура-то у Ядвиги осталась прежняя, довольно привлекательная. Это только с головой стало плохо. Тот Ганс быстро отстрелялся, стал чем-то возмущаться. Я не понимаю по-немецки, но чувствую, что пора. По привычке отбил горлышко у бутылки, даже слова ему не сказал. А тот, как увидел стеклянную «розочку», сразу заткнулся, полностью расплатился и побыстрее убежал, на ходу застегивая штаны. Мы так с Ядвигой над ним хохотали.

Рассказ о том, как агент активно отдохнул на деньги советской разведки, произвел сильное впечатление на нелегала. Икар не сразу ответил. Зато по лицу американского сержанта и по состоянию «Мерседеса» стало понятно, что время они с женой провели весело. Невеселые думы бродили в голове оперативника, но отказаться от такого агента никак нельзя. Только теперь риск привлечь внимание контрразведки из-за поведения агента Виктора становился еще выше. Его тяжелые раздумья прервал Роберт.

– Ивон, у меня жалованье от американского правительства будет только через неделю. Ты мне можешь ссудить немного денег в счет будущего дела? Мы же продолжим потрошить секретную почту дяди Сэма?

– Конечно, Роберт. – Икар протянул американцу рулончик с долларами. – Вот твои деньги, я знал, что после отпуска тебе понадобится отдых.

– С тобой приятно иметь дело, приятель, – сразу повеселел Джонсон. – Кстати, ты можешь еще заказать лекарство для Ядвиги.

– Постараюсь. Что, предыдущие таблетки уже закончились?

– Нет, – немного замялся сержант. – Просто у нее был очередной приступ. Видимо, перебрала с выпивкой. По дороге домой мы остановились на небольшой заправке. Ядвига пошла в туалет, а я в бар, выпить чашку кофе. Посетителей почти не было, и я разговорился с хозяйкой. Не знаю, что подумала моя жена, но что-то точно ударило ей в голову. Она подкралась сзади и со всего размаха врезала мне по голове своей сумочкой. Я от неожиданности слетел со стула и свалил стойку с какой-то мелочевкой. Сигареты, жвачка, шоколадки, все разлетелось в разные стороны. Ядвига орет, ругается, как пьяный матрос, и колошматит без перерыва меня сумкой. Барменша в шоке застыла, посетители тут же на всякий случай убежали. Сумка жены открылась, и из нее все содержимое высыпалось на пол. Я что мог собрал, схватил разбушевавшуюся супругу в охапку и еле утащил ее назад в машину. Она по дороге едва успокоилась. Но таблетки потерялись.