Книга Девушка А, страница 69 – Эбигейл Дин

– Разглашать эту информацию я не имею права. – И администратор приветливо улыбнулась.

– Может, я могу присоединиться к ним? – спросила я. – Я очень долго сюда ехала.

– По правилам разрешается только один посетитель.

– Да неужели? – спросила я, но сотрудница клиники по-прежнему улыбалась.

– Вы можете подождать.

Я ждала. Мимо прошли курильщики, таща за собой запах сигарет. Я листала старый журнал, который, кажется, весь состоял из рекламы домов да клиник пластической хирургии. Старый вентилятор, стоявший позади стойки администратора, медленно поворачивался из стороны в сторону, раздувая волосы сотрудницы. Где-то через полчаса мимо, кажется, спеша по важному делу, стремительно прошагал какой-то человек. В искусственном свете его бледная кожа блестела, как сырое мясо. На воротнике и манжетах остались пятна грязи. Поравнявшись со мной, он улыбнулся, как будто прекрасно знал, кто я такая. Как будто ждал, что я приду. Зубы его оказались безупречными – только они и выглядели здоровыми в этом, как мне показалось, угасающем человеке.

– Спасибо. Как всегда, – сказал он администратору и вышел на улицу, пряча глаза от полуденного солнца.

– Ваша очередь – обратилась ко мне сотрудница. – Он сам к вам выйдет.

Гэбриел шел по коридору неуверенной походкой. Его чистое бледное лицо не выражало никаких эмоций – как будто он побывал у похоронного гримера. Трикотажные брюки, разные носки и длинная-предлинная рубаха, застегнутая наглухо. Он схватился за рукава, как будто те могли от него убежать. Подойдя ко мне, снял очки и улыбнулся, глядя не в мои глаза, а куда-то рядом с ними. Его зрачки блуждали, отыскивая нужную точку.

– Ты нашла меня? – спросил он.

– Не без помощи Далилы. Как ты себя чувствуешь?

– Здесь опасно задавать такие вопросы. Может, выйдем?

– Даже не знаю. А можно?

– Я не прошу тебя помочь мне сбежать, если ты об этом.

Мы стояли рядом, я предложила ему руку. Он, к моему удивлению, принял ее и тяжело оперся на меня. Как одно неуклюжее существо, мы последовали по коридору вперед – к солнцу.

– Не выходите за пределы лужайки, пожалуйста, – предупредила администратор.

Гэбриел фыркнул.

– А отсюда что, правда можно сбежать? – спросила я.

– Кажется, да, – ответил Гэбриел. – Ходят слухи, что лес полон тел, и все беглецы, видишь ли, бедные, заблудшие души; но я думаю, обычно они просто вызывают такси.

– Посидим?

– Нет. Лучше пройдемся.

– Один круг?

– Попробуем один.

Он почти полностью облысел. Участки, где волосы еще могли расти, были выбриты. Из одного кармана он вытащил темные очки, из другого – пластинку жвачки.

– Не смотри на меня, Лекс, – попросил он. – Это всё лекарства. Я весь разваливаюсь к чертям собачьим.

Интересно, когда на нем темные очки, чувствует ли он то же, что и я, – наивную уверенность, будто для всех остальных ты сразу становишься невидимкой? Свои я оставила в машине. Я хотела, чтобы он видел меня. По крайней мере, пока.

– Ты из-за свадьбы Итана приехала? – спросил он.

– Нет. Из-за Матери. До свадьбы еще несколько месяцев.

– Здорово, правда, что он так счастлив?

Гэбриел рассмеялся, но без особой радости. Это был самоуничижительный смех, и потому смеяться вместе с ним мне как-то не хотелось.

– К тебе еще кто-то приходил?

– Друг. Он часто приходит. И Далила тоже.

– Хорошо, что вы общаетесь.