Книга Слепые отражения, страница 87 – Оксана Одрина

Вот только с анализом пришлось повременить, потому что и без того разбитого отражениями Вадима, похоже решили добить спором: Шуйская, поднявшись и одернув подол помятого синего платья, принялась с жаром доказывать Фрею исключительно свою правду.

— Нужно упокоить осколки, которые сегодня не у Романа, Павел Петрович! — возбужденно заявила она. — Немедленно! И сделать это должен именно Вадим!

— Вы о чем вообще? — обернулся к ней Фрей, вскинув брови. — Ни при каких обстоятельства! Осколки убивают!

— Или вы, Павел Петрович, поступите, как я говорю, — уперлась Матильда, бросая на Вереса-младшего хмурые взгляды. — Или мальчика убьют и без осколков! Еще немного, и он не вернется из отражений. Вы и сами это знаете. Слепое зеркало можно остановить только одним способом: похоронить! Другого выхода нет. Другое — временные меры.

— Он как сын мне! — сквозь зубы процедил непривычно взъерошенный и раскрасневшийся Фрей. — Я не могу обречь его на смерть!

— Тогда вы увидите смерть Вадима именно в отражениях! — сильнее набросилась на него Матильда, одним резким движением руки вернув на место нагрудную розу, съехавшую на бок. — И вытащить его оттуда вы уже не сможете, Павел Петрович. И никто не сможет! Нужно решиться. Прямо сейчас. Мальчик сильный, но Рихов сильнее.

— Нет. Я успею, — не уступал директор, повыше закатывая рукава свитера. — Я смогу ему помочь.

— Вадиму уже никто не сможет помочь, — так обреченно произнесла Шуйская, что у Вадима ком в горле встал. И он потерял дыхание, будто получил удар под дых.

— Нет, — не сдавался Фрей.

— И вы, Павел Петрович, знаете об этом не хуже меня, — значительно спокойнее продолжила Матильда, заметив, насколько сильно побледнел Вадим. — Рихов прямо сейчас на наших с вами глазах почти забирал его жизнь. И он заберет. Это только вопрос времени… и сил парня.

— Нет никакого Рихова, — Фрей потер лицо руками. Взгляд его был потухший и болезненный. — Вы только сильнее запутываете ситуацию.

— Он есть, — устало вздохнула Матильда.

Этому спору не было видно конца. Шуйская еще и еще предрекала бед для Вадима — много, громко и слишком возвышенно, а Фрей опровергал ее слова весьма емко и жестко. Однако Вадим их больше не слушал. Да и что это изменит? Если уж и правда судьба уготовила скорую смерть, то ему не скрыться от нее, не спрятаться за спиной Фрея. И делать этого он не будет. Зато неотрывно глядя в испуганные глаза Алисы, он уже точно знал, что точно делать будет — он никогда больше не будет один.

— Я согласен, — как в бреду пробормотал Вадим, из последних сил настолько вымученно улыбнувшись, что Алиса тут же приложила ладонь к его лбу, словно температуру определяла.

— Вадим, ты о чем? — растерянно переспросила она, пригладив его взмокшие волосы.

— Я согласен пойти с тобой на бал, — признал он с легкой грустью.

Не опоздал ли…. Хотел верить, что нет.

Тревога не покидала Вадима неделю после отражений в доме Шуйской. И не удивительно, если учесть, что, восстанавливаясь, он много раздумывал и пришел к неутешительному выводу, что и правда похож на Рихова.

Неужели Матильда и тут права?.. Да, Вадим предпочитает одиночество многолюдности. Да, он самодостаточный и принципиальный, не любит промедлений, нудных разговоров и таких же людей. Да, на других смотрит свысока. Иногда. Ладно, не отрицал, чуть больше, чем иногда. Только это его личный выбор, который ни от зеркал, ни от отражений не зависел. И выбор этот на многолюдности никак не отражался. И никогда Вадиму и в голову не приходило использовать отражения в личных мерзких целях! Настойчив, когда впускать не хотят или выпускать, иногда даже груб, серьезен и строг. Входит, когда позволяют, выходит только после оплаты, о помощи просит исключительно, когда сам не справляется. Не такой он, как Рихов, вовсе нет.