Книга Лживые легенды, страница 136 – Оксана Одрина

— Мы метались вокруг этой чёртовой пентаграммы, а пробраться в неё не могли, — вытащил его из догадок Игнатов. — Огонь стеной стоял. Я слышал твой вопль. Дальше Ворота рухнули, и я подумал, что мы опоздали. А потом ты меня по имени звать стал. И собаки эти бродячие, — он кивнул на развалившихся у его ног псов. — На твой голос прямо в пламя ринулись. Я в шоке был. Потом понял: они какой-то проход нашли. Я за ними. А там вас и нашёл, и вытащил.

— Спасибо, Максим, — искренне поблагодарил его Егор. — Без тебя мы не спаслись бы.

— Не за что, Егор, — добродушно улыбнулся участковый. — Работа такая: по возможности не судить, но блюсти при любых возможностях. И даже без них.

— Максим Михайлович, как хорошо, что вы нашли время к нам заглянуть, — снова взяла ситуацию в свои руки Элина, а Максима под руку и потащила за собой к мангалу, где Евгений как раз разжёг угли. — Наслышана о вашем лучшем в Княжево шашлыке. Комаровы нашептали, если что. Так вот, смысл в чём: вы обязаны показать нам мастерство. Отказ не принимается.

Отказаться Максим не просто не смог — не успел. Стоило ему повернуть за угол дровяника, где во всю кипела подготовка к предстоящему пиршеству, как ему вручили шампура и ведро с замаринованным мясом. Отец Егора принялся рассказывать, как он справляется с этим важным делом. Серж авторитетно вставил пару слов про изюминку с добавлением в маринад компота. А Макар так и вообще выдал никому из присутствующих неизвестный, но, с его слов, самый умопомрачительный рецепт шашлыка.

Приятный во всех отношениях день складывался как нельзя лучше. Однако Егору отчего-то всё равно было немного тоскливо. И он знал от чего: баба Нюра так и не заглянула к нему больше: ни после происшествия в Гиблом саду, ни чуть позже, ни сегодня. И хотя он понимал, что так правильно, и любое её явление забирает часть его сил и здоровья, всё равно скучал по ней. И не против был хотя бы немного пообщаться. Пусть и с неизбежной расплатой в конце, грустить о котором в его планы не входило вовсе. Зато входило бросить вызов началу. И потому многозначительно посмотрев на Яну пугающими даже сейчас глазами, он предложил:

— Останься со мной, Яша. Да, я понимаю, что я странный. Даже больше, чем просто странный, и в себе и своей ненормальности мне ещё разбираться и разбираться. И мы знакомы чуть больше месяца, я всё понимаю, но меня тянет к тебе. Действительно тянет. Честно, я не знаю, как правильно об этом сказать. Я, конечно, тот ещё словоплёт, но громких, пылких признаний и клятв стараюсь избегать. Потому что счастье любит тишину — в этом я совершено уверен. И всё же я прошу тебя остаться со мной: и сегодня, и всегда, пока для тебя мы вместе будем иметь значение. Если я тебе важен, прошу, останься рядом. Я же обещал не обижать тебя, помнишь? И не обижу. И я сделаю всё, чтобы ты никогда не пожалела о своём решении.

Долгую минуту Яна молчала, так напряжённо глядя на него, что он даже успел предположить, что не вовремя затеял этот разговор, а зря. Ведь Яна на самом деле думала о том же. Вернее, она ждала от него именно этих слов.

— И что же мне теперь делать с тобой, нечисть ты моя добрая, — с улыбкой поинтересовалась она и, поднимаясь с лавочки, озорно растрепала его удивительного оттенка волосы на макушке: не то карамельно-русого, не то светлого золота, Яна так до сих пор и не смогла определиться.

— Биоэнергетик я, — со значением напомнил он, а потом встал, приобнял её за талию и притянул к себе. — Ты же слышала. С обострениями. Сложные связи у меня с пространством, и всё такое.

Реальность внезапно дрогнула и пошла темными пятнами, готовая в любую секунду утащить Егора к неживым, но он не успел и привычной боли в виске почувствовать, как она стала прежней. И всего на пару секунд явилась ему Анна Гавриловна. В том роскошном сиреневом платье в пол с блестящими узорами, озорно поблёскивающими на солнце, которое они с Макаром обнаружили, впервые исследуя сундук. Смерив его привычным холодноватым взглядом, она неожиданно хитро улыбнулась и послала ему важный знак: большой палец её правой руки бодро подскочил вверх в одобрении. И исчезла.

— Биоэнергетик, так биоэнергетик, я не возражаю, — рассмеялась Яна, тотчас вернув его к живым. — Тем более с обострениями и сложностями — вообще шикарно. Я останусь, Еша. Ни единой секунды не думая, останусь. Только давай мы прямо здесь и сейчас решим, что у нас с тобой всё будет по-настоящему: обоюдно, всерьёз и непременно надолго.

Он довольно улыбнулся и кивнул, а потом наклонился и накрыл её губы своими. Она сразу ответила на его поцелуй. На этот раз Егор совершенно точно был уверен — теперь они оба свернули именно туда, куда вела их судьба с первой встречи, с самого начала. И потому бережно обняв её, заверил:

— Как скажешь, Яша. Только так и будет.