Онлайн книга «Опасный привал»
|
– Одиннадцать минут – и снова потеть станем. И вот верхние ворота распахнулись как театральный занавес, залив камеру солнечным светом. С неба издевательски кричали чайки, насмешничая над всей этой людской возней. Буксир первым дал гудок и попервперед, толкая баржу, катер, чинный, как училка на прогулке, последовал за ним, технадзор, погрозив кулаком, исчез до времени, как тень в полдень. Лодка покинула камеру последней, скромно, точно стесняясь. Остался позади прекрасный шлюз, и снова расстилался сверкающей дорóгой канал. Швах вел лодку не слишком быстро, точно опасаясь чего-то, Пельмень осторожно попросил дать порулить, тот не разрешил: – Тут это, железяки и дерево. Ну торчит. – Торчит? – перепросил Анчутка. – Из воды торчит, что непонятно? Не видел, как деревяшки торчат, очень интересно, – и, выпалив это все, он вновь заглох, точно увязнув в своих мыслях. «Ох, не к добру это», – подумала Ольга и спросила: – Может, чаю? – И протянула ему флягу. Странный Швах, ни слова не сказав – и даже спасибо, – ухватил ее, принялся хлебать холодный чай, причем умудрялся одновременно смотреть вперед. В итоге чай попадал в рот только частично, заливая тельняшку. Закончив пить, Максим вытер пот, спохватился: – С-спасибо. – Попробовал закрутить крышечку, уронил ее и зачем-то зло пнул. – Ты чего? – спросил Колька, подбирая крышку и передавая Оле. – Болит что? – Нет, – процедил тот сквозь зубы и стих, то ли обидевшись, то ли позабыв, что хотел сказать. Так плыли довольно долго. По мере удаления от парадного шлюза и несмотря на то, что приближались к городу, берега становились неказистее. Из воды там и сям в самом деле торчали железяки, деревяшки. Приближались к месту, где из воды поднимались останки моста – черные ребра арматуры, бетонные гребни, позеленевшие сваи. Тут еще канал пошел на сужение, и потому вода как бы усиливала течение и небольшие водовороты крутились у остатков опор. – Тут осторожно, – непонятно к кому обращаясь, начал бормотать Швах, сбросил газ, – тут надо правее… Пельмень глянул недоуменно: – Левее? Ольга крикнула: – Руль! Но прежде чем ее кто-то понял, Швах вдруг резко поднялся, не выпуская румпель. Лодка резко вильнула в сторону и пошла на полной скорости прямо на одну из опор. Длинное тело Шваха завернулось точно штопор и вылетело за борт. Колька сиганул туда же, успев скинуть сапоги. Чуть замешкавшись, выпрыгнул и Анчутка. Их головы ужасно быстро удалялись, вот уже только черные точки маячили… Пельмень ухватился за рукоятку, крикнул Ольге: – Держись! – Хотя она и так цеплялась за что попало. Оля видела, как летит навстречу бетонная махина и вот-вот лодка вмажется в нее носом, пойдут трещать доски, ну и всему конец. Разумеется, она не выдержала, зажмурилась – но ощутила, как лодка всхрапнула, встала на дыбы, дернувшись, заглох мотор. И суденышко тихо так, точно ласкаясь, подкралось по волне к бетону и шаловливо стало тыкаться в него, мерно постукивая. Андрюха осторожно, по одному пальцу, отлип от румпеля, сказал: – Твою в бога душу, – и тотчас извинился. – Ничего, можно, – выдохнула Ольга, непроизвольно облизываясь. Губы, язык, нёбо, вся гортань, а может, и все, до самой последней кишочки, было сухое-пресухое, выжженное страхом. Только со лба пот катил градом. Пельмень спросил: |