Онлайн книга «Искатель, 2005 №10»
|
— Полиция вас ни о чем подобном не спрашивала? — уточнил Манн. — Вы имеете в виду старшего инспектора Мейдена? Сначала меня допрашивал какой-то сержант, долго и нудно задавал одни и те же вопросы. Кена он тоже пытал — отдельно от меня. А Мейден сказал, что все это ерунда, не надо брать в голову, спросил только о том, была ли у Густава в тот вечерженщина и когда она ушла. После того как мы с Кеном остались одни, я не выдержал… нервы, знаете… сказал ему все, что думаю, и… Кен на меня наорал, заявил, что между нами все кончено, собрал вещи и ушел. — Куда? — У него своя квартирка в Паандхастре, это в четверти часа по… — Знаю. Адрес вы мне потом скажете. Вы спускались в тот вечер к Веерке? — Да. — До ухода женщины или после? — Женщина была еще там. — Вы ее видели? Могли бы узнать? — Не видел. Слышал разговор из-за двери. — О чем они говорили? — Господи, везде одно и то же! Даже слова одинаковые! «Ах, не уходи, нам так хорошо вдвоем», «Все кончено, у нас с тобой ничего общего», «Я не могу без тебя!», «Прекрасно можешь, я убедилась», «Ах, никому я не нужен»… И бее в таком духе. Я постоял минуты две и поднялся. — Во сколько это было? — В десять. Может, чуть раньше. — Почему вы не сказали об этом Мейдену? — Он стал бы выяснять, почему я спускался. Врать, что за солью? — Почему вы спускались на самом деле? — Чтобы дать Густаву в морду! Чтобы сказать ему, что он подонок. Но ведь не при женщине… Вернулся, а тут Кен устроил мне сцену, мы врубили тяжелый металл и разбирались друг с другом, а потом напились и… — Итак, — резюмировал Манн, — мотив для того, чтобы разобраться с Веерке, у вас был. Вы к нему спускались, но помешала женщина. Вы могли к нему спуститься еще раз, когда в квартире гремела музыка, а Эргассен переживал размолвку. — Я не спускался. — Допустим. — Я не был у Густава! — Кен думал иначе. — Он не мог меня видеть! — Где он был, когда вы спускались к Веерке? — Я не спускался! — Кен был в спальне? — Я не спускался! — Или, может, в ванной? Он не видел, как вы ушли, но видел, когда вы вернулись? — Кен не видел, когда я вернулся! — А когда уходили? — Нет! — Это было до полуночи? — Господи… Я не смотрел на часы. — Это вы ударили Густава? — Нет! — Что вы делали в его квартире? — Ничего! Я только вошел, увидел, что он… лежит… и побежал обратно. — На ручке двери нет отпечатков ваших пальцев, иначе Мейден говорил бы с вами по-другому. — Я ни до чего не дотрагивался. Дверь была открыта. Я только увидел… — Что вы увидели? — Густава. Он лежал на полу. — Окно было открыто? — Окно… Нет. Закрыто. — И вы не вызвали «скорую»? — Я думал… Я был уверен, что Густав мертв. У него была такая поза… — И вы ничего не сказали Кену. — Он решил бы, что это я… Он мне ни за что не поверил бы. — А потом, когда пришла полиция, Кен все равно решил, что это сделали вы, верно? И бросил вас. — Господи… — Он разлюбил вас, а вы… Но ведь вы живете в этой квартире не первый год, — догадки приходили Манну в голову одна за другой, и он выпаливал мысли вслух, не успевая думать о последствиях, — почему же только сейчас… Или это продолжалось уже давно, а вы лишь недавно обратили внимание? Вам лишь на прошлой неделе стало ясно, что Кен вам изменяет. И вы сказали об этом Кристине… той женщине, что приходила к Веерке. Вы надеялись, что она повлияет на писателя, верно? Да или нет? Говорили вы ей? |