Книга И все в шоколаде, страница 112 – Елена Терехова

Марина почувствовала, что полностью простила свою мать. Да, Лешка был замечательным парнем, но что он мог ей дать? Нет, определенно, все, что происходит в нашей жизни – только к лучшему. Вот сейчас она рядом со своими самыми любимыми – с сестрами, мамой, мужем. Вся семья воссоединилась и даже стала теперь больше. Она готова была обнять весь мир, одарить всех теплом и поцелуями, особенно хотелось отломить кусочек от своего счастливого пирога сестрам.

Лена Смирнихина, вчера веселившаяся от души, сегодня была притихшей и немного потухшей.

– Леночка, что с тобой? – Марина подсела к старшей сестре, – улыбнись, порадуйся за меня и пожелай счастья.

– Девочка моя, я так рада за тебя, – сестра крепко обняла ее, – исчастья я тебе желаю немерено. Долго живите, благополучно и не разочаровывайся никогда в своем выборе.

– Это ты сейчас о чем? – насторожилась Марина.

– Да я о своем, – Лена немного отстранилась и отвела взгляд. Марина тут же перехватила его и все поняла.

– Ты с ума сошла! На кой черт тебе сдался этот Гольданский? Он никогда тебя всерьез не воспринимал, а сейчас и тем более вряд ли что изменится – у тебя муж, ребенок. Не дури!

– Да не беспокойся ты, я не собираюсь делать глупости, – Лена взяла в руку стакан с соком и так и держала его на весу, не выпив ни капли. – Просто посмотрела вчера на него – и все нахлынуло… А когда он танцевал со мной и шептал мне на ушко, какая я, мол, милая стала и привлекательная для мужчин, у меня едва ноги не подкосились. Позови он меня тогда в соседнюю бильярдную, куда неугомонные парочки бегали, я бы не устояла. Неужели я до сих пор люблю его? Не знаю, как вести себя с ним – он ведь, кобелина, сразу все понял. Сидит вон, глазки мне строит.

– А как же муж? – испуганно хлопала ресницами Марина.

– Да успокойся ты, все будет в рамках приличия. Улыбаемся и пляшем, – Лена широко улыбнулась и встала из-за стола. – Народ, – громко закричала она, – хватит жрать! Все в круг, потанцуем! Молодожены, быстро в центр зала! Личным примером поддержите мой порыв! Ди-джей, плясовую! – она взмахнула руками и пустилась в пляс под первые же аккорды музыки. Марина с тревогой наблюдала за сестрой, и сердце сжималось от боли за нее – за ее, как оказалось, несчастливую любовь, потерянные годы и бушевавшую в душе этой спокойной и уравновешенной женщины нешуточную страсть.

Они зажили своей молодой семьей. Родители мужа приняли ее более чем благосклонно, даже недоверчивый обычно свекор ни секунды не возражал, когда муж решил прописать ее на жилплощади родителей. Им выделили отдельную комнату, младший брат мужа перебрался к родителям, и они сами учились организовывать свой быт. Марина изо всех сил пыталась понравиться свекрови. Она постоянно толкалась на кухне, когда та готовила, и делала вид, что ей очень нравится процесс. Мытье посуды – самая ненавистная часть домашней уборки – стала ее прямой обязанностью, и она честно старалась не отлынивать, а позже, когда уже ушла в декретный отпуск, и вообще взяла на себя ведение домашнего хозяйства.Про тетушку Надю она никогда не забывала – часто звонила и навещала ее, да та и сама частенько приезжала в гости и просто так, «брата навестить». Марина слушала советы Надежды с открытым ртом: еще бы, та знала семью мужа с самого ее основания и могла дать массу ценных подсказок на любой случай.