Книга И все в шоколаде, страница 83 – Елена Терехова

Филиппов звонил, у него ничего нового. Снова всплывает Морган. Понятно, что без него ничего не обошлось – если не он сам, то с его подачи все произошло. Как-то все равно замешан в деле этот человек. Что ж, посмотрим. Жаль, конечно, будет, если он окажется виновен, жаль его маленькую дочку – малышка останется круглой сиротой: мать погибла, отец окажется в заключении на долгие годы. Конечно, преступник должен ответить за содеянное, но при совершении правосудия страдают и ни в чем не повинные люди – близкие преступника. Совершив зло, человек разрушает не только судьбы тех, кто пострадал от его рук, но и судьбы своих близких, родных, друзей – свою, наконец. Если бы люди могли осознать последствия, сколько зла на земле можно было бы предотвратить. Да, если бы… «Бы» как раз и мешает…

– Здравствуйте. Можно? – в дверь просунулась голова мужчины средних лет. – Я – Фефелов, мастер производственного участка. Мне передали, что меня следователь ждет.

– Да-да, проходите, – Шувалова заглянула в шпаргалку на столе, – проходите, присаживайтесь, Михаил Сергеевич.

Фефелов прошел к столу и сел напротив Шуваловой. Мужчина был среднего роста, широкоплечий, с крупными руками и квадратными, словно обрубленными, пальцами. Серо-зеленые глаза смотрели беспокойно, конечно – не каждый день оказываешься перед следователем. Высокий лоб, короткая стрижка «под ежика», темно-русые с проседью волосы. Интересный мужчина – на таких женщины обращают внимание.

– Я пригласила вас для беседы в связи с последними событиями. Скажите, вы знакомы с Морганом Андреем Владимировичем?

– Скажем так, лично – ну, то есть близко – не знаком, но знаю его по работе. Знаю также, что горе у него случилось – жена погибла. Мы тут сбор средств объявили, чтоб помощь оказать семье.

– Значит, вы в курсе того, что произошло в семье вашего работника. Скажите, а чтособой, по-вашему, представляет Андрей Владимирович?

– Я же сказал вам, что мало его знаю. Во-первых, он работает у нас совсем недавно, еще не особо засветился, а во-вторых, он сам по себе человек нелюдимый, в глаза не лезет никому. Работает хорошо, нареканий нет. Это все, что я могу сказать, – Фефелов пожал плечами.

– Я читала в его личном деле, что это вы рекомендовали его для поездки в Чехию на обучение. Чем вы мотивировали свое решение?

– Что значит чем? Человек работает хорошо, без нарушений, а сейчас новое оборудование пришло, ему на нем работать, осваивать надо. У нас специалистов раз-два – и обчелся, а случись поломка? Что, каждый раз чехов вызывать? Это ж ни времени, ни валюты не напасешься. Людей надо готовить у себя в коллективе. Андрей Владимирович высоклассным слесарем был по ремонту автомобилей, то есть в технике разбирается, а сейчас на энергоучастке в качестве электрослесаря подземного трудится. Вот и порешили с начальством, что поедет он и еще семь человек. А вы так вопрос ставите, как будто он один поехал, – Фефелов усмехнулся. – Скажу больше: ездил он в Чехию дважды, и еще надо будет ехать. Повышать квалификацию необходимо ежегодно.

– Еще вопрос. Вы никогда не пересекались с Андреем Владимировичем в неформальной обстановке? Ну, там, на корпоративе или в том же пивбаре, к примеру.

– Я не пью, поэтому в таких мероприятиях не участвую, – Фефелов наклонился через стол к Шуваловой. – У человека беда – он жену потерял, а вы ему кости перемываете. Ему и так сейчас горше горького, а вы тут со своими подозрениями – разве так можно?