Книга Проклятие Оффорд-холла, страница 147 – Рина Мэтлин, Виттория Флэйм

Я была поражена. Теперь заботу об этой семье я возьму на себя, хотя А. уговаривает меня перепоручить эти хлопоты ему».

Вероятно, Джеймс Уоррэн так никому и не рассказал о том, что тяготило его, и Оффорд призвал господина суперинтенданта.

Следом на свет была извлечена внушительная стопка из уже пожелтевших писем, перевязанных когда-то синей, а теперь выцветшей лентой: это были ответы родственников, знакомых или бывших работодателей тех слуг, что работали в поместье в тот злосчастный год.

Список, дополненный рукой тогда еще мисс Энни Вуд под руководством лорда Хаттона, мистера Уоррэна и мисс Фламел, стал для нее отправной точкой. И она не успокоилась, пока не написала всем, кто исчез в туманах Оффорда.

Все они теперь числились пропавшими без вести. Каждая ниточка, за которую тянула писательница, рано или поздно приводила к надгробной плите или обрывалась, уходя в неизвестность, потому что кроме предыдущего хозяина никто ничего о том или той, «которого(ую) вы упомянули в своем письме», не знал.

Самыми странными были ответы от пожилых людей, которые утверждали, что тот, о ком писательница спрашивает, является их бабушкой или дедушкой. В такие совпадения можно было бы поверить – мир огромен, так почему бы не существовать в одном роду двум людям с одинаковыми именем и фамилией?

Но каких-либо стоящих доказательств здесь не было, и оставалось лишь жалеть, что 50–60 лет назад не было такой прекрасной вещи, как фотография.

Сам список почти выцвел и хранился лишь как ценное воспоминание. К нему был прикреплен отчет некоего Л. Ф. Гастингса, старшего инспектора Каддингтонского полицейского управления. Его, помимо слуг, постояльцев и иноземного гостя, также внесли в список пропавших без вести во время пребывания в поместье Оффорд.

Миссис Бессант взяла следующий лист.

«Январь, 14

1864

Третий визит в Кодинтон-холл прошел бессмысленно. Присутствие А. сделало нынешних хозяев поместья радушными, но ничего нового узнать мне не удалось. Поместье продают в следующем месяце, а первые сундуки с вещами были отправлены в Лондон позавчера. Оливер старался найти что-либо в вещах старого лорда, но был пойман на месте: уши у него горели, когда мальчик приехал ко мне.

P. S. Привезли образцы ткани для свадебного платья. Как я могу думать об этом сейчас? Пусть хоть в солому нарядят – мне безразлично».

Миссис Бессант негромко рассмеялась. Свадьба состоялась и была хороша. Благодаря терпению и поддержке мамы и Франка в основном. Они оба понимали, что Энни убита горем, и единственное, что может ее успокоить, – истина. Основными свадебными хлопотами занималась миссис Вуд, а будущий муж, мистер Бессант, взял на себя все расходы и сложные переговоры с цветочницами, пекарями и музыкантами. Тогда же было решено переехать в Лондон: лишившись многих важных членов общества, таких как лорд Уильям Альберт Хаттон, господин суперинтендант Джеймс Уоррэн и молодой хозяин гостевого дома сэр Джонатан Барлоу, Каддингтон словно начал вымирать – многие благородные семьи покидали его. Одной из первых, по известным причинам, стала семья Уайлд.

Сэр Абрахам Барлоу прекратил попытки превратить Оффорд в гостевой дом и оставил его пустовать. Даже приехав на похороны внука, он остановился в Вуд-чёрче, где ему всегда были рады.