Книга Последний выстрел, страница 28 – Эмма Пиньятьелло

– Грей… – Джетт неловко поерзал на своем табурете. Пожалуй, подумала Макс, это в меньшей степени связано с тем, что на табурете удобное размещение гарантировано только одной ягодице, больше с ее жестокой и бессердечной репликой о мертвых итальянцах.

– Господи!

– Макс в порядке, не надо перегибать палку.

Он закрыл глаза.

– Ты можешь минутку помолчать и дать мне подумать?

О чем тут думать? Макс пожала плечами и, отвернувшись, прошлась взглядом по комнате, обращая внимание на то, что упустила при первом осмотре и что могло помочь понять обитателя этого коттеджа. На мгновение ее взгляд остановился на фотографии кареглазого мальчика в объятиях пожилого человека в красной кепке. Его отец? Значит, он когда-то был ребенком. Барбарани не создали его в своей лаборатории?

В конце концов Грей вздохнул. Глубоко и как будто покорно. «Я буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь».

Он поднял палец.

– Во-первых, еще раз повторяю, я не хитмэн. Перестань меня так называть. Во-вторых, если мне удастся выкроить немного времени для расследования твоей «теории» – тут он взял паузу, чтобы изобразить самые внушительные воздушные кавычки из всех, которые Макс видела после восьмого класса, – эта самая теория не выйдет за пределы кухни. И никто о ней не услышит. Ни Джованни, ни рабочие, ни садовники, ни чертов кот.

– О, я люблю котов. Как его зовут?

Ее проигнорировали. Грей смотрел на Джетта.

– Я серьезно. Ни слова. Ни Нелле, ни кому-либо еще.

Опять Нелла. Интересно. Не ее присутствие ощущается в доме? Макс подумала, что, пожалуй, может представить ее и Грея вместе. Возможно, они вместе бегали возле Бинди-Бинди – он в своих гладких черных «Он Клауд», она в белых «Найк». А потом занимались сексом в душе. Нелла достаточно высокая, так что никаких неудобств не возникало. Он определенно был из тех, кто берет женщину сзади. Перегнув через кухонную скамейку. Ту самую, на которой сейчас покоился ее собственный локоть…

Макс резко подалась в сторону.

– Я – никому ни слова, – пообещала она после того, как такое же обещание дал Джетт. Впрочем, ее было лишним – кому она могла что-то здесь рассказать?

– Ты останешься здесь, – сказал Грей. – Я не хочу, чтобы ты разболтала кому-то, чтобы люди спрашивали, кто ты такая. Не дай бог, если тебя еще и узнают.

– Я бы предпочла остановиться где-нибудь в городе. – От одной мысли о том, что свою вторую ночь на свободе она проведет в другом тесном помещении, у нее зашевелились волоски на затылке.

– Ты сама ко мне пришла, – сказал Грей, и рот его дрогнул в подобии улыбки. – Выбора у тебя нет. Хочешь, чтобы я проверил твое предположение о заговоре? Мы сделаем это на моих условиях.

– Я не к тебе пришла, – проворчала Макс, в глубине души признавая, что не выдержит поездку в город и ночь в холодном номере мотеля. Поездку на автобусе она пережила благодаря адреналину и страху перед тем, что ждет ее в Бинди-Бинди, а вот прогулка на автомобиле неизменно заканчивалась тем, что ее рвало. Это началось, когда ей исполнилось шестнадцать.

– И мне нужна нормальная одежда. – Она закрыла глаза, вспомнив об осколках стекла в носу и отцовском диске с Джонни Кэшем, продолжавшем играть, хотя машина уже лежала на шоссе колесами вверх.

Взгляд Грея все еще колол ей кожу. То ли эта футболка была какой-то особенной и он не хотел, чтобы она ее надевала, то ли ему просто было жаль терять вещь, оскверненную ее преступной плотью, следы которой не отстирать всем химчисткам мира.