Книга Последний выстрел, страница 36 – Эмма Пиньятьелло

– Рафаэль. – Голос Грея отозвался эхом, словно последние слова человека перед повешением.

Из-за барной стойки вынырнула темная голова.

– Хоук.

Макс удивленно подняла брови.

– Хоук? – пробормотала она.

Грей сделал вид, что не услышал.

– Может, поговорим?

– Или к смерти приговорим? – вклинилась Макс. Грей недоуменно посмотрел на нее, а у бармена губы дрогнули в улыбке. – Извините. Думала, мы рифмуем.

Грей продолжал смотреть на нее, как бык, которого вот-вот выпустят из загона.

– Хорошее предложение. – Рафаэль кивнул другому сотруднику, высокому светловолосому парню, показавшемуся ей знакомым.

– Форест, cinque minuti^[10].

Да, точно. Форест Валентайн. Год назад именно на его подбородок наткнулся кулак Луки Барбарани. Макс порадовалась, что ее нейронные связи не затухли за проведенные в тюрьме полгода. В статье Кингсли фотография Валентайна соседствовала с фотографией Луки. Что еще Кингсли говорила о нем? Что-то о какой-то яхте?

Рафаэль вывел их из ресторана через стеклянную дверь под пристальным, раздевающим взглядом Фореста.

За углом балкона, где сходились стеклянные перила, океанский ветер вцепился в Макс холодными зубами. Грей снова засунул руки в карманы плотно облегающей кожаной куртки.

Рафаэль снял свой дорогой плащ и протянул Макс. Ей почему-то показалось, что он хочет, чтобы она повесила его на вешалку.

– У тебя губы посинели, – сказал он.

– Ничего страшного, – отмахнулась она.

– Я настаиваю. – Он накинул плащ ей на плечи.

Если Макс думала, что видела уже все убийственные взгляды Грея, то она ошибалась. Сейчас лицо его приняло такое выражение, что если бы ей не было так невероятно холодно, она бы рассмеялась.

– Спасибо.

Теперь, когда ее основные потребности, находящиеся в самом низу пирамиды Маслоу, были удовлетворены, она смогла оценить стоящего перед ней мужчину.

В интернете она не нашла никого по имени Рафаэль. Может, он из Ла Маркас? С виду итальянец – густые темные брови, вытянутое лицо и широкий щетинистый подбородок. Оливково-черные волосы выбриты по бокам, стильный пробор – ему это шло. Он был немного ниже Грея (как и большинство нормальных людей), стройный, с черными и золотыми кольцами на длинных пальцах.

– Чему обязан таким удовольствием? – со снисходительной улыбкой спросил Рафаэль, обращаясь к Макс, но перед этим бросив быстрый взгляд в сторону Грея. Макс имела опыт работы под прикрытием и знала, как вести себя с такими парнями. Тот подход, который она применила к Грею, здесь не годился. Если она представится Рафаэлю копом, толку от этого не будет никакого. А вот закутаться в его плащ и откинуть назад волосы – совсем другое дело.

– Я подумал, что ты сможешь кое-что нам объяснить. – Грей широко расставил ноги, как делают парни, когда хотят отлить или пытаются занять побольше места и показать, кто здесь главный.

Рафаэль сделал то же самое.

– К той студентке в реанимации я никакого отношения не имею.

И что дальше? Макс старалась прочитать что-то на лице Грея, но оно словно застыло. Как и лицо Рафаэля. И Земля в эти мгновения.

– Барбарани не делают порченое вино.

– А Ла Маркас не принимают самоубийственных решений в бизнесе. Семья Джованни уничтожает его репутацию гораздо успешнее, чем кто-либо со стороны.

Макс вспомнила статьи о Луке и Фрэнки. Джованни определенно хотел наказать сына унижением на аукционе.