Онлайн книга «Голоса потерянных друзей»
|
Силуэт дома, вырезанный из фетра, наглядно иллюстрирует, кому и как он передавался с течением времени. Люди представлены в виде листиков, под каждым указаны имя, год рождения и смерти, а также буква, расшифровка которой дается в правом нижнем углу полотна. Г = Гражданин Р = Раб Д = работает на договорной основе L = Libre А = Affranchi Я узнаю последние два слова благодаря подготовке к проекту «Подземка». Affranchi —в переводе с французского «свободный», им обозначали тех, кто был освобожден по воле хозяев, a Libre—это те, кто был рожден свободным, несмотря на темный цвет кожи, — в основном это отпрыски торговцев и землевладельцев, многие из которых стали состоятельными людьми и даже имели своих рабов. Моим ученикам тяжело понять, как же это возможно, чтобы люди, которые и сами пострадали от последствий несправедливости, обходились с другими не лучшим образом, да еще получали с этого прибыль, но такова правда. Это часть нашей исторической реальности. Копии газетных статей, старых снимков и документов тоже прикреплены к ткани, и на ней еще оставлено место, видимо, для дополнительных материалов. Робин была методична в своем исследовании. — Моя сестра… — шепчет Натан. — Это просто… — Это история твоей семьи. Правдивая история, — говорю я. Сколько же тут параллелей с наработками моих учеников! Прослеживая родственные связи, я скольжу взглядом по ветвям этого развесистого генеалогического древа, которые обрываются и пропадают в океане времени. Смерть, болезнь, война, бесплодие — и вот уже семейная линия (а то и несколько) обрывается. А некоторые ветки тянутся вширь на протяжении десятилетий и продолжают давать новые побеги. Я нахожу Бабушку Ти и Дайси. Их линия берет начало и от черных, и от белых Госсеттов — а именно от общей бабушки по имени Ханни, рабыни, рожденной в тысяча восемьсот пятьдесят седьмом году. — Дамы из клуба «Новый век»! — замечаю я, показывая на ответвление Ханни. — Вот та самая родственница, про которую рассказывала моему классу Бабушка Ти, — она еще открыла свой ресторан. Ханни родилась здесь, в Госвуд-Гроуве, рабыней. А еще она приходится бабушкой женщине, которая жила в доме у кладбища, — мисс Ретте. Я потрясена! Восхищена! Моя рука тянется вверх, к пустым фрагментам холста Робин: — Где-то здесь должны быть мои ученики — Ладжуна с Тобиасом — и Сардж. Они — продолжатели этой линии. Во мне вновь просыпается страсть к истории, и я принимаюсь изучать родословную по древу. — Мама Ханни была полукровкой — наполовину сестрой Госсеттам, жившим тогда в поместье. Представители этого поколения — Лайл, Лавиния, Джуно-Джейн и Ханни— это брат, сестра, сестра по отцу и кузина, если можно так выразиться. Лайл и Лавиния погибли в совсем юном возрасте, а… дочь от второй жены стала… погоди-ка… Натан с любопытством заглядывает мне в глаза и подходит поближе, чтобы лучше было видно. Я стучу пальцем сперва по одному листу, затем — по-другому: — Эта женщина, мать Джуно-Джейн, не была законной женой Уильяма Госсетта. Она была его любовницей, свободной цветной женщиной. Ее дочь, Джуно-Джейн Ла-Планш, родилась, когда Уильям был в законном браке с Мод Лоуч-Госсетт. В ту пору он жил в поместье и владел плантацией. Мод уже родила ему сына, а еще он отец двух дочерей, между которыми всего пара лет разницы в возрасте. Только одна рождена от законной жены, а вторая — от любовницы. Лавиния и Джуно-Джейн. |