Онлайн книга «Голоса потерянных друзей»
|
Мне известно, что такие вещи существовали, что в Новом Орлеане и других городах была даже целая социальная система, благодаря которой состоятельные мужчины содержали любовниц, образуя с ними так называемые «левые семьи», а детей от таких смешанных браков нередко отправляли учиться за границу или в хорошие пансионы, им также давали первоклассное образование в области торговли. И все же мне очевидно, что за всем этим все равно стоит людская драма: ревность, обида, горечь, конкуренция. Натан поднимает на меня взгляд, но молчит. Потом он прослеживает какую-то линию от корней до верхних веток, скользя пальцем от одного домика к другому — символам владения поместьем. — Видишь ли, в чем дело, — говорит он, остановившись у листика, представлявшего младшую дочь Уильяма Госсетта, ту, что родилась от любовницы. — В толк не возьму, почему Госсетты по-прежнему владеют этим домом. Последний наследник мужского пола, Лайл, умер. После этого поместье и земли перешли Джуно-Джейн Ла-Планш, которая, судя по древу, детей не имела. А даже если бы они у нее и были, то носили бы другую фамилию. — Может, тут-то ее исследование и остановилось. Может, дальше Робин продвинуться не смогла. Очевидно, что она так и не завершила работу. Эта работа… можно сказать, она была ею одержима. — Я живо представляю, как сестра Натана изучает все эти документы, как ткет полотно семейной истории. Что же она собиралась с ним делать? Натан озадачен не меньше меня. — Ни для кого не секрет, что у нашей семьи есть двелинии. — Он отступает от стола и хмурится. — Уверен, это именно та тема, на которую не слишком-то хочется говорить ни моим родственникам, ни многим из горожан, но никого она не шокирует… Если не брать во внимание вот это, — он стучит пальцем по крошечному белому войлочному домику, обозначающему передачу собственности в руки Джуно-Джейн, затем тянется за конвертом рядом с моей рукой и откалывает его от полотна. Аккуратным почерком Робин на бумаге выведено только одно слово: «Ханни». Крошечный домик — миниатюрная копия поместья — отрывается и падает на листик, символизирующий историю жизни Ханни. В конверте мы находим ксерокопию газетной статьи тысяча восемьсот восемьдесят седьмого года, которая многое проясняет. РАЗГРОМ ЛЖЕНАСЛЕДНИЦЫ Поместье Госвуд-Гроув возвращено законным владельцам По итогам более чем десятилетней борьбы за сохранение семейного наследия и преемственности бывшие владельцы плантации Госвуд-Гроув были оправданы Верховным судом Луизианы, и это решение уже не подлежит пересмотру и апелляциям. Лженаследница Госсетта, темнокожая женщина-креолка сомнительного и неподтвержденного происхождения, которая даже в суде не постеснялась назваться Джуно-Джейн Госсетт, насильно лишена собственности. Законные наследники, прямые потомки почившего Уильяма П. Госсетта, по полному праву носящие его фамилию, торопятся занять дом и земли, чтобы защитить семейное гнездо и способствовать его процветанию. «Разумеется, мы намерены вернуть родовому поместью его былое великолепие и благодарны суду за надлежащее отправление правосудия», — отметил Карлайл Госсетт, житель города Ричмонда Виргиния, первый кузен почившего Уильяма П. Госсетта и, следовательно, законный наследник его имущества. В статье описывается двенадцатилетняя тяжба, в ходе которой Джуно-Джейн пытались лишить наследства — сначала вдова Уильяма Госсетта, Мод Лоуч-Госсетт, которая отказалась принимать крошечную сумму, отписанную ей супругом по завещанию, а затем к делу подключились и более дальние родственники, носящие такую же фамилию. При этом множество бывших рабов и издольщиков подтвердили происхождение Джуно-Джейн и ее право на это имущество. Адвокат из Нового Орлеана неустанно подавал на апелляцию, но в конце концов это потеряло всякий смысл. Кузены Уильяма Госсетта украли у неенаследство, и Джуно-Джейн досталось только сорок акров пойменных земель на границе с Огастинским кладбищем. |