Книга Книга украденных детей. Американская история преступления, которое длилось 26 лет, страница 41 – Лиза Уингейт, Джуди Кристи

Когда толпа расходится, Патриция направляется к столу для раздачи автографов, чтобы подписать свой экземпляр книги «Пока мы были не с вами». Лиза очень рада встрече с ней – первой из еврейских детей, с которой ей удалось познакомиться.

«Женщине, которой есть что рассказать», – пишет она на титульном листе книги Патриции.

ЧТЕНИЕ РОМАНА И ВСТРЕЧА С АВТОРОМ ОТКРЫЛИ новую страницу в жизни Патриции. Она уже давно решила оставить в покое свое прошлое. «Я всегда неохотно вспоминала об этом, – объясняет она, когда, спустя несколько месяцев после выступления Лизы, мы с ней готовимся к интервью. – Меня благословила сама судьба».

Заботливая мать и любящая бабушка, она примирилась с историей своего рождения. Ей кажется, что, начав копать глубже, она может обнаружить нечто, чего совсем не хочет знать.

Однако теперь что-то заставляет ее рассказать мне обо всем.

И я рада, у меня есть возможность выслушать ее. Мой срочный перелет стоит того.

Патриция оказывается милейшей женщиной. Она встречает меня в вестибюле дома для престарелых, опираясь на тележку на колесах: «Я слишком горда, чтобы пользоваться ходунками». Стены за ее спиной украшают картины, написанные обитателями дома, девушка за стойкой регистрации широко улыбается мне.

Наша беседа в лифте больше похожа на разговор новых друзей, чем на интервью. Мы уже общались по телефону и рассказывали друг другу о своей жизни, включая потерю матерей и годы, проведенные на Юге. Как бывший редактор газеты, издававшейся недалеко от того места, где родилась Патриция, я удивлена, что ничего не слышала о скандале с Обществом детских домов Теннесси. Она находит забавным свой переезд на Юг, в Джорджию – она совершила его, чтобы быть рядом со своими дочерями.

Квартира Патриции напоминает профессионально обставленную антикварную галерею. Каждый квадратный метр – это истинное наслаждение, ни одна деталь не остается без внимания. Она говорит, что стены выкрасили в соответствии с ее пожеланиями, названия красок были тщательно записаны и сохранены. В итоге все цвета гармонировали друг с другом – от обивки дивана в стиле ар-деко до шарфа, который хозяйка надела по случаю нашей встречи. Патриция проводит для меня краткую экскурсию, рассказывая о собранных в комнате сокровищах.

С особой нежностью она останавливается на семейных реликвиях – вечерней сумочке, принадлежавшей ее матери, и фотографии отца. Мы завтракаем за крошечным столиком, с видом на внутренний дворик и растущее там огромное дерево, которое так любит Патриция.

Кажется, что эта женщина всегда преисполнена радости. Она не перестает благодарить судьбу за свое новое пространство здесь, за эту конкретную квартиру, за это дерево – такое разное и такое красивое в любое время года.

Как сама жизнь.

Завтрак она сервирует опытной рукой. Ее любовь к общению очевидна и не зависит от того, принимает ли она маленького внука, который так любит ночевать на раскладном диване, или старых друзей из Нью-Йорка – ее команду поддержки.

За кофе с круассанами понемногу завязывается разговор о жизни, и я начинаю записывать историю Патриции. Не знаю, что подтолкнуло ее к встрече со мной: возраст, семья, желание сохранить свои воспоминания для будущих поколений. Или стремление сделать все возможное, чтобы подобное больше никогда не повторилось. «У меня нет каких-то особых секретов, – говорит она. – Просто хочу понять, что делать с тем, что имею».