Книга Пока мы были не с вами, страница 76 – Лиза Уингейт

Я стараюсь убедить его, что не люблю кексы.

В очередив ванную мальчишки постарше на меня не смотрят. Они догадываются, что лучше этого не делать.

Но на следующий день Джеймса нет на завтраке. Миссис Пулник стоит над столом и похлопывает деревянной ложкой по своей большой, мясистой руке. Она говорит, что Джеймса отправили туда, где мальчишкам приходится самим зарабатывать на свое содержание, вместо того чтобы кормиться от щедрот Общества детских домов Теннесси.

— Мальтчишка, который достаточно вырос, чтобы бегать за девочками, достаточно вырос и для работы! Он слишком большой, чтобы его приняли в хорошую семью. Миссис Мерфи в своем доме не допусттит таких отношений между мальтчиками и девочками. Каждый знает наши правила,— она резко грохает ложкой по столу и дышит часто и тяжело, раздувая ноздри широкого, плоского носа. Мы дергаемся, будто марионетки, к головам которых приделаны нити. Она склоняется к половине стола, за которой сидят мальчишки, и они съеживаются, глядя в пустые миски.— И что касается девоччек, — теперь ложка в трясущейся от злости руке направлена в нашу сторону, — вам должно быть стыдтно за то, что из-за вас мальтчишки попадают в неприяттности. Следите за собой, не задирайте юбки и ведитте себя как приличные маленькие женшчины, — последние слова она говорит, сурово глядя на меня.— Или я даже не хотчу думать, что может с вами случитться.

Жар поднимается по шее и приливает к щекам. Я чувствую себя виноватой в том, что Джеймса куда- то отправили. Не нужно мне было становиться его подружкой. Я не знала, что так выйдет.

Стиви тоже не приводят на завтрак. Нет его и на детской площадке. Другие дети говорят мне, что ему пришлось остаться в постели, потому что он снова ее намочил. Я вижу в окне второго этажа его грустную мордочку, он прижимает нос к оконной сетке. Я стою во дворе и шепчу ему:

— Веди себя хорошо, ладно? Просто веди себя хорошо, и все.

Позже этим же днем работницы выстраивают нас на крыльце. Мне становится страшно за себя, сестер и брата, мы держимся все вместе. Другие дети тоже не знают, что происходит.

Миссис Пулник и работницы поодиночке подводят нас к бочке с дождевой водой. Они смывают грязь с лиц, рук и коленей мокрыми тряпками, причесывают нас и заставляют помыть руки. Некоторым приказывают переодеться прямо тут, на крыльце. Другим раздают новую одежду или фартуки,которыми можно прикрыть изношенные «домашние» тряпки.

Из дома выходит миссис Мерфи, она стоит на верхней ступеньке и осматривает нас. Проволочная выбивалка для ковров свисает у нее с руки. Я никогда не видела, чтобы работницы выбивали ковры, зато часто замечала, как они используют эти штуки на детях. Дети называют выбивалку «проволочной ведьмой».

— Сегодня у нас особенный день, — говорит миссис Мерфи.— Но только для хороших девочек и мальчиков. Всем, кто вел себя недостаточно хорошо, участвовать не разрешается. Понятно?

— Да, мэ-эм,— произношу я вместе с другими детьми.

— Очень хорошо,— она улыбается, но от ее улыбки я непроизвольно отшатываюсь. — Сегодня приедет передвижная библиотека. Добрые леди из Общества помощи потратят свое время на то, чтобы помочь вам выбрать книги. Очень важно показаться им в наилучшем виде. Каждый, кто хорошо себя ведет, сможет выбрать себе одну книгу, — она продолжает говорить о том, что нужно следить за своим поведением, говорить «да, мэм» и «нет, мэм», не хватать и не трогать все книги, и если леди спросят, хорошо ли нам здесь, мы должны отвечать, что очень благодарны мисс Танн за то, что та нас нашла, и миссис Мерфи за то, что та приютила нас в своем доме.