Книга Загадка трех убийств, страница 103 – Валерий Шарапов

А реальность была такова: преступник, которого задержала группа майора Равчеева в доме у старого железнодорожного вокзала, оказался матерым рецидивистом по кличке Кувалда. Его уже несколько лет по всем городам и весям разыскивала столичная милиция. Рецидивист Кувалда отличился не только в Москве. На его счету оказалось более десятка преступлений, в числе которых были и убийства.

Как выяснилось на допросах, в Кострому Кувалда приехал после громкого дела в Москве, собираясь залечь на дно, но, на беду костромчан, встретил здесь своего бывшего сокамерника Виктора Чилкина. Слово за слово, встреча за встречей, и завертелось. Чилкин пожаловался сокамернику, что сидит на мели, а сестра, к которой он, нарушив правила УДО, приехал в надежде разжиться деньгами, наотрез отказывается помогать. Проговорился про зятя, работающего старшим администратором в самой дорогой гостинице города, и натолкнул Кувалду на «шикарную» идею. Мысль о том, чтобы залечь на дно, уже не казалась Кувалде такой уж привлекательной, и он разработал план, для реализации которого ему понадобились и Чилик, и его дружок Сухой, и невинная жертва Иннокентий Маркович Сиволапов.

Неизвестно, чем бы закончилась история, если бы Кувалда не оказался слишком жадным. В доме, где его взяли, оперативники обнаружили ценные вещи, которые преступники забирали у жертв. Сбыть краденое Кувалда не успел, потому что его не устроила цена, которую за цацки соглашались дать провинциальные скупщики. Он припрятал вещички до поры до времени, мечтая вернуться в Москву и там сбыть краденое по хорошей цене. Когда неоспоримые доказательства совершенных преступлений приобщили к делу, подельники Кувалды больше не стали его прикрывать и заговорили. Сухой майора не обманул: все убийства совершил именно Кувалда. Не потому, что этого требовало дело, не для того, чтобы жертвы не опознали грабителей, а просто ради удовольствия. Жестокость ради жестокости. Разумеется, с остальных грабителей никто вины за содеянное не снимал, но их откровения помогли следователю подготовить материалы для суда, и дело продвигалось довольно быстро. В милиции были уверены в том, что каждый из преступной группы получит то, что заслужил, и никаким адвокатам не удастся помочь преступникам избежать ответственности.

Вот почему в столь поздний час палата Равчеева и Кулумбетова больше походила на актовый зал в районном ОВД, где собрался весь личный состав для обсуждения текущих дел. К раненым товарищам пришли их соратники: старлей Духовенко, лейтенант Островерхов, оперативники из соседнего района и даже сам подполковник Ковальчук. Два часа кряду они наперебой делились новостями, рассказывая о том, как идет следствие. К концу второго часа они так утомили больных, что подполковник Ковальчук, пользуясь своим званием, отдал приказ прощаться. Через пять минут палата опустела. Капитан Кулумбетов откинулся на подушки и мечтательно произнес:

– Эх и молодцы ребята, правда, Антоха? Не забыли о нас, проведали. Апельсины вон где-то раздобыли.

– У тебя от безделья лирическое настроение или ты по жизни романтик? – поддел товарища майор Равчеев.

– При чем здесь романтика? – удивился Кулумбетов. – Ребята и правда молодцы, а похвалить за доброе дело никому не повредит. Или ты со мной не согласен?