Книга Загадка трех убийств, страница 53 – Валерий Шарапов

* * *

Вечерние сумерки уже опускались на Кострому, когда майор Равчеев выпрыгнул из служебного уазика у родного ОВД Свердловского района. День выдался насыщенным: разговоры в гостинице «Волга», встреча с администрацией санатория «Колос» и, наконец, откровения водителя Зубаткина, которые заставили совсем по-новому взглянуть на всю картину расследования.

Равчеев неторопливо поднялся по лестнице на второй этаж, где располагался кабинет уголовного розыска. Из-за приоткрытых дверей доносились приглушенные голоса сотрудников, заканчивающих дневные дела. Кабинет встретил майора приятным теплом и знакомым беспорядком. За его рабочим столом сидел капитан Кулумбетов, сосредоточенно изучавший какие-то бумаги. Услышав шаги, он поднял голову и кивнул в знак приветствия.

– Ты уже здесь? – удивился Равчеев. – А я за тобой машину послал.

– Отменяй машину. – Кулумбетов улыбнулся широкой, располагающей улыбкой. – Меня добрые люди подбросили.

Равчеев быстро прошел к столу, набрал номер телефона дежурного и отдал распоряжение остановить водителя уазика. После этого сделал знак Кулумбетову, чтобы тот освободил его законное место, уселся за свой стол и поинтересовался:

– Как успехи в «Колосе»?

Кулумбетов прошел к своему столу, потянулся, размял затекшую шею, взгромоздился на столешницу и достал из нагрудного кармана блокнот. Сведения, добытые капитаном в санатории, оказались любопытными и проливали дополнительный свет на личность погибшего Головина.

Информация о том, что во время пребывания в санатории Семен Михайлович Головин не стеснялся демонстрировать свое финансовое благополучие, подтвердилась. Он буквально направо и налево сорил деньгами, не скрывая того факта, что располагает значительными средствами. Эта особенность поведения Головина, по данным Кулумбетова, была замечена практически всеми сотрудниками санатория, от администрации до технического персонала.

Головин щедро оплачивал дополнительные услуги, не торговался с массажистами и медперсоналом, оставлял внушительные чаевые в столовой, где чаевых отродясь не видали. Даже повара и уборщицы знали о его состоятельности, настолько открыто он это демонстрировал.

– Лично у меня сложилось впечатление, что мужик либо впервые в жизни получил в руки крупную сумму денег, либо стремился произвести впечатление на окружающих, – заключил Кулумбетов. – Кстати, директор санатория также был в курсе финансового положения Головина. Я узнал, что он предпринял довольно необычный для провинциального санатория шаг. Угадай какой?

Кулумбетов довольно улыбался, предвкушая, как удивится майор, когда он выложит ему новость. Равчеев мысленно усмехнулся и произнес:

– Обратился к директору санатория с просьбой выделить место в сейфе учреждения для хранения наличных денег.

– Как? Откуда ты мог узнать об этом? – разочарованно протянул Кулумбетов.

– Интуиция, – поддразнил товарища Равчеев.

– Как бы не так! – Кулумбетов понял, что напарник его дразнит. – Для Костромы это небывалый случай. Может, в Москве это и в порядке вещей, но только не у нас. Так что догадаться ты не мог. Выкладывай, откуда узнал про сейф.

– Сорока на хвосте принесла, – отшутился Равчеев. – Ты лучше скажи: как отнесся к просьбе Головина директор?

– Да как, как? Сначала удивился, затем согласился предоставить такую услугу. Ему ведь тоже не хотелось разбирательств с милицией, а они непременно случились бы, если бы из номера Головина пропала крупная сумма денег. А так и деньги целы, и нервы в порядке. Зато факт использования сейфа сразу же сделал Головина заметной фигурой среди отдыхающих.