Книга Загадка трех убийств, страница 84 – Валерий Шарапов

Старший лейтенант Духовенко явился ровно в шесть, чуть позже подтянулся лейтенант Островерхов, а капитана Кулумбетова пришлось дожидаться до четверти седьмого. Когда вся группа собралась в полном составе, майор Равчеев вкратце обрисовал ситуацию и приступил к распределению объектов. Администратора Сиволапова он, как старшему по званию и более опытному по сроку службы, поручил капитану Кулумбетову. Тот, переписав домашний адрес Сиволаповых, сразу отправился к нему домой. С ним поехал лейтенант Островерхов. Ему предстояло следить за супругой Тамарой, на случай, если та покинет квартиру.

Старлей Духовенко оставался в отделе до тех пор, пока не придет ответ из централизованной картотеки с данными о месте проживания гражданина Виктора Чилкина или же тот не объявится в квартире сестры, о чем Кулумбетов или Островерхов должны были тут же оповестить старлея. Самому Равчееву предстояло обзвонить все местные отделы милиции и выяснить, не стоит ли у них на учете преступный элемент по кличке Сухарь или Сиплый. Засев за телефон, он полностью погрузился в работу.

К полудню он успел пообщаться с коллегами всех районов города, а также с областными отделами. Единственным, кто подходил под описание, которое дала Мария, оказался промышлявший на рынках вор-карманник Вениамин Катышков по кличке Сухой. Высокий шатен с бегающими глазами, наглый и изворотливый, охочий до женских ласк. Проживал гражданин Катышков в частном секторе в Ленинском районе. Равчеев решил, что тот вполне мог подойти на роль дружка Виктора Чилика. Чтобы знать это наверняка, он запросил снимок у коллег, и те переслали его с помощью фототелеграфа. Они же сообщили, что в последнее время Сухой выпал из их поля зрения. Местные следаки предположили, что Сухой перебрался в другой город, но у майора Равчеева на этот счет было свое мнение. Он считал, что Сухой сменил сферу деятельности, вступив в банду Чилика. Ему требовалось убедиться, что Сухой и есть дружок Чилика, а для этого следовало предъявить его фотографию соседке Тамары. Изображение получилось не очень четким, но другого у Равчеева все равно не было.

Уже собираясь уходить, он получил ответ из московской картотеки: полное досье вместе с портретом. Виктор Чилкин, он же Чилик, действительно отбывал срок за грабеж и вышел в середине сентября прошлого года. На этом его послужной список не заканчивался. По данным централизованной картотеки, за свои тридцать четыре года Чилик сидел трижды. Первый раз еще «по малолетке» за участие в квартирной краже, приведшей к смерти хозяина квартиры. Тогда шестнадцатилетний Чилик взял все на себя, обелив своих совершеннолетних подельников, и ушел на «малолетку» героем. Дали ему семь лет, а оттрубив их от звонка до звонка, Чилик вышел и через год снова загремел в тюрьму.

На этот раз за грабеж. С дружками, приобретенными во время отсидки, Чилик успел ограбить порядка пяти человек. Нападала банда на женщин в возрасте, отбирала драгоценности и деньги. Драгоценности сдавала в ломбард, а деньги прогуливала. Как ни странно, за эти злодеяния Чилик получил всего шесть лет. Вышел, когда ему стукнуло тридцать. Пару лет в поле зрения правоохранительных органов не попадал, а потом снова засветился, но как-то по-глупому. Украл у своей сожительницы две бутылки водки и золотую цепочку и «гульнул налево». Когда сожительница узнала, что он подарил ее цепочку новой подружке, она тут же накатала заяву в милицию. На этот раз Чилику дали два года исправительных работ, но он был освобожден условно-досрочно через год.