Онлайн книга «Изгой. Пан Станислав»
|
– Может сбежишь, а, Павел? Хотя в Варшаву. Или в Гродно. – Хватит, набегался. Всюжизнь бегаю. Устал. Да что бежать, когда в скором времени вся Польша под русских ляжет. За поминальным столом в итоге остались Александр Булгарин и Елена. Говорить не хотелось. Молча выпили. Александр со свойственным ему изяществом поковырялся в закусках и поручил слугам проводить хозяина в его комнату. Елена также поднялась, чтобы удалиться. Александр попросил ее задержаться. – Елена, я знаю, как вам тяжело сейчас. В этот момент вам как никогда потребуется плечо, на которое вы сможете опереться… – Вы предлагаете мне руку и сердце, Александр? – перебила она Булгарина и, не дав тому ответить, продолжила: – Я подумаю. А сейчас езжайте домой. Спасибо вам за всё. 3 Анжей уцепился за железные прутья и подергал их руками. Урядник был в отчаянии. Мало того что он не знал, с чего возобновить расследование, так еще и Станислав не выказывал никакого энтузиазма в поисках убийцы. Стас сидел в углу камеры и всем своим видом демонстрировал отсутствие какого-либо интереса к происходящему. – Чего мне на него обижаться, Анжей? Таков был уговор. Я и так лишний месяц на воле провел. – Ну и дурень же ты, Станислав! Тому договору сто лет в обед. Сколько после того поменялось. – Анжей, я давно тебя спросить хотел, да всё стеснялся. Ты же не просто так в Минске оказался? Сам-то чем перед воеводой провинился, что он тебя в Минск отправил? – Не обо мне разговор. – И всё же? – Было дело на королевском балу, – с неохотой ответил Шот. – Подвернулся мне там под руку один сучий потрох – пан Лящ. Появился он во дворце в кафтане, сшитом из пергаментов с приговорами судов о его наказаниях – от изгнания до кары смертью. Ну и петушился он там. Да еще хвастал дамам, цо его кафтан такой маленький. Вот я, недолго думая, и скрутил этого бздяка, чтобы над законом не потешался. Да, видно, заступники у него серьезней, чем мой воевода. Досталось тому от гетмана. А от него юж и мне перепало. Стас рассмеялся. – Испугались, выходит, как бы ты в столице французских порядков не навел. – Тьфу! У нас каждый босяк, именующий себя шляхтичем, может королю поперек слово сказать. А во Франции любой холоп теперь голос мает. – Кому же ты в итоге служишь, Анжей? – Речи Посполитой! Королю Августу! – Тому самому королю, который приказал сдать Ченстохову русским после того, как они обломали об нее зубы? – Ниц не сделаешь, – обреченно заявил Анжей. – Тут юж или королю, или дъяблу. Выбор небогат. Мы пока не Франция, холопам служить не научились. Пойду я, Станислав. Сам свою голову из петли вытаскивай. Только имей в виду, цо завтра советник Павла и Елену арестовать собирается. – Врешь, Анжей! Незачем ему это делать. Глупо это. Откуда знаешь? – Знаю. Стас замер. Значит, не хватило терпения у советника, раз решил он охоту на ведьм открыть. Стас до конца надеялся, что Репнину достаточно и его одного в роли козла отпущения. Да видно, его заблудшей душонкой целую систему не насытишь. Слишком прожорливаТайная экспедиция. Аппетит только раззадоришь. Стас поднялся и в задумчивости принялся мерить шагами камеру. Он словил себя на мысли, что раньше всё-таки не до конца верил угрозам советника. Он надеялся на благородство Репнина, в коем не сомневался ни секунды. Только Михайло Иванович не последний в пищевой цепочке. Сам лицо подневольное. За ним стоят фигуры покрупнее. Интересы целой империи. |