Онлайн книга «Рефлекс убийцы»
|
Супруга была моложе Петра Аркадьевича — или хорошо сохранилась. Все еще фигуристая, высокая — выше мужа, вышла с участка, когда он надавил кнопку звонка у ворот, снисходительно приняла поцелуй в щечку, стала ворчать, что ему стоило бы воспользоваться ключом — она бежала из летней кухни, и там уже все разлилось из кастрюли. Ох уж этот досадный быт, губящий все светлое и радостное… Краснов что-то бормотал, просил прощения, обещал, что в следующий раз точно воспользуется ключами. Супруга побежала на летнюю кухню, Петр Аркадьевич поднялся в дом — отдыхать после праведных трудов… Больше в этот вечер с участка Петра Аркадьевича новостей не поступало. Темнело поздно, солнце медленно спускалось к горизонту. Вечер был тих, спокоен. После ужина семейство Котляров загрузилось в машину и выехало на природу, до которой было метров триста. На озере еще были отдыхающие. Кто-то приходил сюда пешком, другие приезжали на машине. Народ купался в лучах заходящего солнца. Компания молодых людей в кружке играла в волейбол. Алексей и Инга сидели на обрубке дерева, Котляр приобнял жену, она, как в мелодрамах, положила голову ему на плечо. Ребенок с визгом бегал по воде, брызги летели во все стороны. Как только девочка заступала глубже, следовал материнский окрик, и крошка пулей влетала на берег. Это было так трогательно, что просто зубы сводило от скуки. В семье Барбулисов вечерний прием пищи задержался, и прогулок перед сном они не устраивали. С участка струился дымок. Сначала пахло просто дымом, потом потянуло курочкой, которую предварительно замариновали. С каждой минутой пахло все соблазнительнее, и это начинало нервировать. В полумраке по участку шныряли тени. Геннадий манипулировал у громоздкого мангала, Алена принесла раскладной столик, стала его накрывать. Лампа на веранде освещала часть двора. Наследнику надоело носиться на машинке, какое-то время он гонялся за пушистым разобиженным котом, потом мама накормила его отдельно и отвела спать. Курочка дозрела, супруги ели, наслаждаясь покоем. О чем-то говорили — мирно, дружелюбно, словно только вчера поженились. Позвякивала бутылка, и это было просто возмутительно! Геннадий жаловался, что в магазине остался только белый портвейн «Алушта». А ведь еще недавно — полная галерея крымских вин: все мускаты, мускатели, херес, мадера, даже пино гри с его неповторимым божественным вкусом! Потом супруги сидели, обнявшись — прямо как те, на бревне, — смотрели, как на землю опускается мгла. И Павел, кажется, понимал, что чувствуют люди, убивающие в состоянии аффекта! В машине было неудобно, затекли ноги. — Объясни мне, Паша, какого хрена мы тут делаем? — раздраженно прошептала Мария. — Ждем резидента в голубом вертолете? Не едим, так поглядим? Я уже чуть слюнями не захлебнулась. Заводи тачку, и поехали отсюда к чертовой бабушке… Хлебников говорил про какой-то кафетерий, работающий до одиннадцати вечера… Только тихо заводи машину, а то они рядом, услышат. — Тихо — это как? — с иронией спросил Аверин. — Эта тачка, моя дорогая, тихо не заводится. Иди, толкай. Отгоним в соседний переулок, там заведемся… На следующий день в районе обеда прибыли голодные коллеги — Кучевой и Карский, привезли с собой неутешительные сведения. Фото фигурантов показали официанткам на Котельнической набережной. Дамы долго ломали головы и расписались в собственном бессилии. Но точно не Краснов. У того тоже была борода, но другая. Сомнительно, что одной бородой можно прикрыть другую. Да и моложе выглядел посетитель. Дальнейшие мнения разошлись. В принципе, могли быть и они. Или не они. Первая официантка склонялась в сторону Котляра, вторая решительно заявляла, что это не он, хотя и со вторым — дело темное. Это были замечательные свидетели. На этом смешные факты не заканчивались. Оба в означенный день выезжали из Красного Пути и теоретически могли оказаться в столице. У Барбулиса в этот день и сломалась машина — доехал уже на поврежденной. С фигурантами пока не общались, и эту тему оставили на будущее. |