Книга Тени возмездия, страница 54 – Валерий Шарапов

Теперь этот вершитель истории сидел перед Вальтером, вольготно раскинувшись в кресле, в аргентинском офисе.

— Господин Отто, мои друзья рассказали о вас и вашей организации так много интересного, что я захотел, чтобы вы для меня еще раз поведали о вашем тайном обществе в Восточной Германии.

Захаров был опытным переговорщиком и понимал, что если оставить все как есть, то он так и застрянет в роли подчиненного. Это означало ограниченный объем информации по усмотрению более сильной, доминирующей стороны. Это надо было ломать. Задача установить контакт выполнена, пора переходить к следующему этапу. К получению информации о возможностях «Право на порядок». Ломать можно было разными способами. Майор выбрал обострение ситуации, когда противоположная сторона будет вынуждена оправдываться.

— Господа, я надеюсь, вы понимаете, что я не оперный тенор, чтобы только и делать, что выступать перед вами. Кстати, я так и не понял, что вы собой представляете. Любопытствующих пенсионеров или серьезную политическую силу. Пока оберштурмбаннфюрер, это было последнее звание Скорцени в СС, или, как вы его теперь называете, герр Штайнбауэр мне видится как свадебный генерал. Убедите меня, что это не так.

— Что?! — взревел легендарный диверсант. — Да как вы смеете?! — обидное сравнение предсказуемо вывело немецкого полковника из себя.

— Смею. Прошло почти пятнадцать лет после ваших подвигов. Я не спрашиваю, как вам, активному члену организации, признанной преступной, удалось не попасть в тюрьму. Меня интересует, что и кого вы сейчас представляете и насколько можете быть полезны нашему, я подчеркиваю, именно нашему делу. Делу немцев, оказавшихся под оккупацией самого опасного врага.

— Я бежал из-под ареста. Почти накануне расстрела.

— Насколько я знаю, вас просто вывезли переодетые в американскую военную форму соратники, у которых почему-то охранники даже не спросили документов.

Бывший эсэсовец вскочил с кресла. Было видно, что он хочет что-то сказать, но произносить речи не его сильная сторона.

— Господа, давайте прекратим эту никому не нужную перепалку, — вмешался адвокат Шмидт. — Герр Отто, вы должны понять сомнения сеньора Штайнбауэра. Кроме ваших слов, мы почти ничего не знаем о вашей организации.

— Если бы вам было о нас известно, герр Конрад, то мы бы давно уже сидели в застенках Штази. Это очень, очень серьезная организация.

— А вы не преувеличиваете, коллега, возможности восточной контрразведки? — в вопросе Ганса явно ощущалась подначка.

— Преувеличиваю? Скажите, Ганс, вы знаете, кто в Восточном Берлине возглавляет министерство госбезопасности?

— Эрих Мильке.

— Рад, что вы следите за газетами. А кто возглавляет внешнюю разведку ГДР?

Оппонент замялся.

— Мы называем его «Человек без лица».

— То есть вы не знаете. Может, вы знаете структуру Главного управления «А», его численность?

— Нам это неизвестно. Откуда вам это известно и почему вы называете его управлением «А»?

— «А» — потому что по-немецки это звучит как Hauptverwaltung «Aufklärung». Знаю, потому что у нас есть там свои Источники. — Вальтер сделал паузу и не преминул добавить: — В отличие от вас.

Стало очевидно, что гостю удалось захватить партнерские, а не подчиненные позиции в отношениях с хозяевами.

— Поверьте, господа, Штази работает очень тонко. Почти каждый десятый житель ГДР в той или иной роли работает на них.