Книга Тени возмездия, страница 55 – Валерий Шарапов

— Как же вам удается не попасть под их колпак? — в голосе Ганса уже не было подначки, а только профессиональный интерес.

— Мы не кучка параноиков, мы учимся и приспосабливаемся к нынешним условиям. У нас большая разветвленная организация, и у нас постоянно прибавляются члены.

— Объясните, ради бога, тогда как, при такой тотальной слежке? — подал голос Скорцени.

— Почти все наши вербовщики числятся негласными агентами Штази.

— Что?! — вырвался вздох изумления у присутствующих, и только Ганс стал восторженно потирать руки.

— Гениально, — воскликнул бывший эсэсовец. — Гениально и просто. Если это стоящий человек, то с ним продолжают работу, а если он побежал с доносом, то вы говорите, что проверяли его благонадежность. Так, коллега?

— Все верно, коллега. Повторяю, в Штази есть костоломы, но они стараются работать тоньше.

— Правда, что противников режима прячут в психушках?

— Это посыл наших советских товарищей. Но опять же, практически без насилия. Представьте, вы возвращаетесь домой после обсуждения с друзьями о том, как бороться с коммунистическим тоталитарным режимом, и вдруг замечаете, что лампа, которая всегда стоит на письменном столе, каким-то образом очутилась на журнальном столике и вдобавок горит. Дома никого кроме вас не было, и вы точно помните, что этого не делали. Вы возвращаете ее обратно на место. А на следующий день все повторяется. Ничего не пропало, следов взлома нет, но вещи начинают необъяснимо перемещаться на другие места. Это необъяснимо, и вы обсуждаете это с близкими. Дальше — больше. Вдруг среди ночи вы просыпаетесь от того, что на вашей кухне кто-то громко разговаривает. Вы вбегаете на кухню, включаете свет, а там никого нет. Возвращаетесь в спальню и только засыпаете, как опять вас будят голоса. Включаете свет, проверяете радио, закрытое окно. Что бы вы сделали, Конрад, в такой ситуации?

— Я бы оставил включенным свет в кухне.

— Именно так люди и поступают, но это не спасает от наваждения. Потому что теперь голоса раздаются из туалета.

— Ужас какой то, — было очевидно, что адвокат прочувствовал ситуацию.

— Вы обсуждаете это с близкими, и один из них сообщает о состоянии вашего здоровья врачам.

— Это тот, который десятый, — подхватил Ганс.

— Не обязательно. Вас приглашают к психиатру. Как он будет реагировать на рассказы про голоса и перемещение предметов?

— Отто, я горжусь, что наше дело, дело борьбы с инакомыслием, не захирело на нашей родине и успешно развивается. Пусть теперь и против нас. Германский дух жив.

— Господа, вы стали слишком патетично выражаться, у меня от этого только разыгрался аппетит. — Скорцени в очередной раз приложился к бутылке какого-то крепкого местного напитка. Причем пил он один, даже не предлагая из вежливости остальным. — Сеньор Рикардо, чем ваш повар порадует нас на обед?

— Мы подумали, что нашего гостя надо угостить местными блюдами, поэтому, конечно, это будет асадо.

— Асадо, замечательно, — бывший оберштурмбаннфюрер сразу возбудился. — Коллега, вы не пожалеете. Жареное мясо в Аргентине нужно попробовать обязательно. Чего-чего, а мяса здесь предостаточно. Здесь его готовят мастерски. Главный секрет — исключительно свежий продукт. В Аргентине вообще не принято замораживать мясо. Местные уверены, что от этого оно теряет свой вкус. А в асадо это главное. Местный повар готовит сразу огромное блюдо с разными сортами мяса, это и стейки с косточкой, ребрышки, шашлыки, потроха, всевозможные колбаски. Все это доходит на углях до румяной корочки. Пучеро тоже будет?