Книга Парасомния, страница 125 – Дмитрий Ковальски

Сначала все шло хорошо. Набрав скорость, он с легкостью преодолел большую, самую крутую часть пути. Стоило оказаться на вершине, и силы закончились. Увидев мост, Август вдруг понял, что зацепиться не за что. До ограждения он не доставал, а вокруг ничего не росло. Поэтому он, стоя с глупым видом, начал скользить назад. Август упал на спину и покатился вниз. Он скатывался по маленькому ручью, ведущему прямиком под мост.

Через мгновение Август уже был в холодной воде, течение его подхватило и начало затягивать в бездну. Холод притупил боль, привел мышцы в тонус, заставил руки и ноги работать усерднее. Но этого было недостаточно, чтобы вернуться на берег. Даже когда Августу удавалось подплыть к нему, руки скользили по почве, не позволяя выбраться.

Со дна доносились голоса утопленников, которые приглашали его составить им компанию. Он их отчетливо слышал. Им было одиноко. Обижать мертвецов, проживающих на дне, Август не хотел. Он сложил руки на груди, закрыл глаза и поддался течению…

В тот момент, когда всем нутром он почувствовал липкие руки смерти, ползущие от его ног вверх по телу, до его слуха долетел странный звук. Странный не потому, что Август не знал, что это за звук, а странный как раз таки потому, что он был знаком и никак не мог звучать здесь. Август открыл глаза.

На берегу стояла лошадь, разглядывая очередного глупца, угодившего в эту водяную ловушку. Только, в отличие от своего хозяина, этому человеку лошадь решила помочь, видимо, решив, что хватит с этого бедолаги несправедливости. Лошадь подошла ближе и свесила голову, опустив вожжи. Несколько неудачных попыток Август предпринял прежде, чем смог за них ухватиться. Лошадь медленно шла вдоль берега, вытягивая едва живого человека из смертельного водоворота.

Мертвецы все-таки расстроились и принялись выкрикивать угрозы и проклятия в адрес Августа, отчего тот впервые за долгое время рассмеялся. Если бы не смех сквозь слезы, он бы отключился и утонул, но он смеялся, искренне и вопреки всему.

Его смешил и тот факт, что на пороге смерти перед ним появилась лошадь, которой никак здесь быть не должно, и что именно ей он обязан своей жизнью. Не своим знаниям, не физической подготовке, а именно лошади. Еще его смешило все, что ему пришлось пережить за последние несколько дней, которым он не знал счета. Да сейчас это и не имело значения. Он смеялся, лежа на берегу, благодарный своей судьбе за спасение. Для Августа стало открытием, что, несмотря на все, он хочет жить, даже если заперт в этом кошмаре.

10

Если удача в жизни зависит от того, под какой звездой был рожден человек, то Августу досталась самая мелкая и неприметная.

Убедившись в том, что человек все еще жив, лошадь фыркнула и отправилась по своим лошадиным делам. Ее не волновало то, что Август рассчитывал добраться до особняка с ее помощью. С угасающей надеждой Август наблюдал за тем, как лошадь скачет через поле нарциссов.

Падение в воду и угроза смерти отрезвили сознание. Надо было что-то делать дальше, тем более что путей к отступлению не было. Неясно, в какой момент Август решил, что ему удастся преодолеть мост, и почему он решил бежать к нему, а не вернуться в поместье семьи Брукс. Так стоило поступить изначально, сейчас Август был уверен в этом наверняка. Возможно, у него получится найти способ покинуть остров вместе со всеми его жителями. Тем более, Норман или Джонатан должны знать об этом месте гораздо больше него. Август обязательно их убедит в том, что нужно уезжать. Так будет лучше для всех, и главное, для Оливии.