Книга Безмолвные лица, страница 46 – Дмитрий Ковальски

Картина и правда унылая. Вряд ли кто-то удерживает их в этих местах.

В дальнем углу двинулась тень, и Август направил факел в ту сторону. Он надеялся, что Гуннар привел Ивара. В его компании ему было спокойней.

– Есть еще кабинет господина Форсберга! – Голос судьи эхом пролетел по пустому помещению, тревожа упокоенные здесь души. – Заглянем туда и повернем обратно!

Снова скользнула тень. На этот раз гораздо ближе к Августу. И слух уловил с дыханием ветра знакомый шепот: «Грииим».

«Только не сейчас», – подумал Август. Его внутренний демон рвался наружу и в темноте, когда кровь гонит страх по венам, чувствовал свою власть.

– Подождите! – закричал он и бросился к судье.

Тот как раз скрылся за дверью, возле которой стояла разбитая каменная фигура обнаженной девы.

– Вы словно призрака увидели! – улыбнулся судья Берг.

– Немного не по себе от этого места. – Август тяжело дышал. Виски бешено колотились, а сердце, наоборот, замерло.

– Вот и кабинет. – Олаф театрально провел рукой.

В центре комнаты на некогда бордовом ковре стоял тяжелый, обожженный с одного края стол. Стены скрылись под книжными стеллажами со сломанными полками. Черная, напитанная пылью и изъеденная молью портьера закрывала единственное окно.

– Как видите, ничего интересного.

Август подошел к одной из стен и поднял книгу. Он быстро перелистнул страницы, чем поднял облако пыли вокруг себя. Затем посмотрел на письменный стол в центре.

– Этот замок уже давно стал домом для суеверных слухов и забытых воспоминаний, – раздумчиво произнес судья Берг. – Если бы только дети были здесь…

– Погодите! – Август отбросил книгу. – Вам не кажется странным, что стол – единственная мебель здесь, которой коснулся пожар?

Судья Берг переменился в лице и направил свет лампы на стол.

– О чем это вы?

– Он выглядит неуместно для этой комнаты. Как будто его притащили сюда намеренно. – Август ходил вокруг стола. Затем наклонился к нему и поднес факел. Пламя слегка накренилось.

– И зачем же кому-то сюда тащить стол? – возмутился Олаф. – Вы цепляетесь за до-мыслы.

– Чтобы что-то скрыть. – Август остановился и попробовал стол сдвинуть. Слишком тяжело. Он обошел его с другой стороны, уперся в него руками.

– Будьте добры, помогите мне, – попросил Август после очередной неудачной попытки.

– Гриииим, – прошептали тени вокруг. Но Август прогонял их. Попытался сконцентрироваться на реальности, где он стоит: напротив стола.

– Не утруждайте себя, – раздраженно произнес судья Берг. – Вернемся к Гуннару, думаю, он уже отыскал испуганного Ивара.

– Вы не видели, как дрожал факел? – Август обернулся и замолчал.

Судья Берг держал в руках револьвер.

– Простите меня, господин Морган, – сказал он и выстрелил. – Лучше бы вы меня послушались.

Пуля вошла в грудь в области сердца, и Август упал.

– Гриииим!

Это было последнее, что он услышал.

9

В келье, освещенной несколькими свечами, в старом кресле сидел отец Матиас. Его лицо было частично скрыто в полутьме, но глаза блестели в мягком свете огоньков. Он выслушал рассказ Греты и теперь молчал, глубоко задумавшись, переваривая каждое слово, которое она произносила.

Его руки спокойно лежали на коленях, переплетенные пальцы казались неподвижными, несмотря на тревогу, которая бурлила внутри. Разговор с Гретой всколыхнул давно подавленные сомнения, и теперь в нем боролись вера и разум, долг и страх.