Книга Безмолвные лица, страница 94 – Дмитрий Ковальски

Наконец он добежал и постарался сдвинуть спасительную доску в сторону. Только сейчас он вспомнил, что собственными руками забил в нее дюжину гвоздей, пообещав настоятельнице, что больше никто не спрячется от ее глаз.

Его укрытие стало бесполезным по его же вине. Судьба сыграла с ним злую шутку! В отчаянии Харальд обернулся, надеясь увидеть, что коридор все еще пуст и он сможет сбежать, но ошибся. Позади него стояли с безмолвными белыми лицами дети. Их рты стягивала грубая веревка.

Вместе с ними в его слух вторглась холодная, как первый день зимы, мелодия.

– Пойдем с нами, – улыбаясь, пропели в мотив мелодии дети.

Харальд перестал бояться.

– Хорошо, – ответил он.

Его лицо обратилось в белую маску.

Этой ночью Гримсвик провожал детей в последний раз.

Когда они шагнули за пределы города, мрачный туман, что опутал его улочки и дома, начал медленно рассеиваться. Пепел, что падал с неба, больше не кружился в воздухе, тая как воспоминание. Он растворился, оставляя за собой лишь привычный осенний запах сырой земли, прелой листвы и холодного ветра, что нес свежесть лесов и болот.

С восходом солнца город ожил. Свет, проходя сквозь серые тучи, возвращался на улицы, проникая сквозь окна, донося теплые лучи до тех, кто оцепенел в безмолвном ожидании и никак не мог изменить ситуации. Родители, пробудившись от кошмарного сна, начали осознавать, что произошло нечто непоправимое. Дома опустели. Вместе с детьми их покинула жизнь.

Каждое окно, открывшееся ночью, каждое исчезновение случилось не во сне, а в настоящей жизни. В этот день город познал свою самую страшную утрату.

В Гримсвике не осталось ни одного ребенка.

1

Ни одна сила не способна справиться с родительскими чувствами. Не зная, куда направить свой гнев, жители Гримсвика обрушили его на членов совета. Олаф Берг и его супруга Анна были вынуждены укрываться от летящих камней, когда направлялись в ратушу. Туда же, двигаясь переулками и прячась в тенях, добрались Лейф Хансен, Грета и Ингрид Ларсен. Толпа закипала и готовилась к штурму – совет больше не представлял для них власти. Он оказался бессильным перед лицом трагедии и позволил самому ужасному из зол случиться на их глазах.

В душе каждого жителя угасали остатки цивилизованного поведения, уступая место жажде крови и правосудия. Люди, не сдерживая эмоций, кричали, что бывшую администрацию следует повесить на площади, будто это могло вернуть их детей. Среди них ходил Томас с растрепанными волосами и безумным взглядом. От него сильно разило алкоголем.

Томас все твердил о некоем летающем духе. Но его слова никто не принимал всерьез, так как они казались слишком далекими от реальности.

Карл встретил членов совета в своем кабинете, два окна которого уже выбили камнями. Выглядел он куда хуже, чем два дня назад, когда они виделись в последний раз. Вчера же, когда они собирались навестить Дом Матери, он не смог подняться с кровати. Его мучила слабость во всем теле, а еда никак не хотела задерживаться в желудке.

Этим утром Карл справился со слабостью, хотя и выглядел изможденно. Лицо побледнело и приобрело восковый оттенок, а под глазами залегли глубокие синяки, выдававшие его бессонные ночи. Его руки слегка дрожали, а губы высохли и потрескались. Время от времени его начинала мучить резкая боль в животе, и дыхание становилось частым и затрудненным.